Обсуждён

на заседании президиума Камчатского краевого суд «16» июля 2025 года

Апелляционная практика рассмотрения гражданских дел                 за 1 полугодие 2025 года

1. Применение норм процессуального нрава

              Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера.

 

Представитель истца Ш., Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации обратились в суд апелляционной инстанции с частными жалобами на определение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 декабря 2024 года о взыскании судебных расходов, связанных с рассмотрением гражданского дела по иску Р. к Судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации, Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае о признании незаконным бездействия, возложении обязанностей.

Рассмотрев частные жалобы, судебная коллегия сочла определение суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 3 ноября 2023 года постановлено исковые требования Р. к Судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации, Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае удовлетворить; признать незаконным бездействие Судебного департамента три Верховном Суде Российской Федерации, выразившееся в длительном непринятии решения Комиссией Судебного департамента по рассмотрению вопросов предоставления единовременной социальной выплаты или жилых помещений в собственность по результатам рассмотрения учётного дела истца о передаче в собственность истца служебного жилого помещения; возложить на Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации в лице Комиссии Судебного департамента по рассмотрению вопросов предоставления единовременной социальной выплаты или жилых помещений в собственность в течение десяти рабочих дней со дня вступления решения суда в законную силу принять решение по результатам рассмотрения заявления Р. о передаче служебного жилого помещения в городе Петропавловске- Камчатском в собственность Р.; возложить на Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае в течение пяти дней с момента получения соответствующего обращения Арбитражного суда Камчатского края исключить из специализированного жилищного фонда и передать в собственность Р. жилое помещение в городе Петропавловске- Камчатском.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 18 апреля 2024 года, оставленным без изменения определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 22 августа 2024 года, решение суда от 3 ноября 2023 года в части возложения на ответчика Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае обязанности передать в собственность Р. жилое помещение в городе Петропавловске-Камчатском отменено, в указанной части в удовлетворении исковых требований Р. Отказано, в остальной части обжалуемое решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела судами первой, апелляционной и кассационной инстанций интересы Р. представлял Ш. на основании нотариально заверенной доверенности от 27 сентября 2023 года.

Истец заключил с Ш. договор поручения от 27 сентября 2023 года, по условиям которого истец (доверитель) поручает, а поверенный принимает на себя обязанности по оказанию юридической помощи по делу по иску Р. к Судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации, Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае о признании незаконным бездействия, возложении обязанностей, в том числе: ознакомление с материалами гражданского дела; представление интересов доверителя по данному делу в суде первой инстанции, а в случае необходимости и на основании дополнительных соглашений в судах иных инстанций; выполнение любых других фактических действий. В соответствии с пунктом 3.2 договора гарантированное вознаграждение поверенного по настоящему договору поручения составляет 50 000 рублей, которые оплачены истцом в этот же день в полном объёме, что подтверждается соответствующей распиской.

В соответствии с соглашением от 3 апреля 2024 года Ш. принял на себя обязательство оказать Р. юридическую помощь, в том числе по представлению интересов истца в суде апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы ответчика на решение суда от 3 ноября 2023 года по настоящему гражданскому делу. Оплата за услуги, оказанные по соглашению, произведена истцом 3 апреля 2024 года в полном объёме - в размере 25 000 рублей, - что подтверждается распиской доверителя.

Согласно соглашению от 14 июня 2024 года Ш. за плату в размере 10 000 рублей принял на себя обязательство по оказанию истцу услуг по подготовке и подаче заявления о возмещении судебных расходов. Р. оплатил услуги по соглашению в полном размере, что подтверждается распиской, содержащейся в соглашении.

Из соглашения от 20 июля 2024 года следует, что представитель обязался оказать истцу юридическую помощь по представлению интересов в суде кассационной инстанции, стоимость вознаграждения определена в размере 25 000 рублей, которая согласно расписке оплачена истцом в полном размере в этот же день 20 июля 2024 года.

Из приложенного к договору акта о выполнении поручения от 14 июня 2024 года и из материалов дела следует, что в рамках рассмотрения настоящего дела представитель осуществлял: консультирование, подготовку и подачу в суд искового заявления, возражений на апелляционную жалобу, ознакомление с материалами дела, участвовал в трёх судебных заседаниях в суде первой инстанции и в одном судебном заседании в суде апелляционной инстанции, подготовку и подачу в суд заявления о возмещении судебных расходов.

Кроме того, при подаче искового заявления Р. оплачена государственная пошлина в размере 600 рублей, что подтверждается квитанцией и чеком об оплате от 24 июля 2023 года.

Разрешая заявление о взыскании судебных расходов, суд первой инстанции, учитывая, что исковые требования Р. были частично удовлетворены, пришёл к выводу о правомерности заявленных им требований о взыскании в его пользу с ответчиков расходов, понесённых на оплату услуг представителя и на оплату государственной пошлины, учитывая, что указанные расходы понесены истцом в связи с рассмотрением настоящего дела.

Принимая во внимание категорию и сложность дела, количество судебных заседаний, в которых принимали участие представители заявителя, объёма оказанной истцу правовой помощи, суд посчитал запрашиваемую истцом сумму компенсации указанных судебных расходов на оплату услуг представителя разумной и справедливой, взыскав с Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации 30 000 рублей.

В части взыскания судебных расходов с Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае, суд первой инстанции, учитывая частичный отказ в удовлетворении требований истца к указанному ответчику, взыскал судебные расходы пропорционально удовлетворённым требованиям в размере 53 350 рублей, что составляет 67% от заявленной суммы.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции счёл неверным вывод суда о том, что в настоящем споре размер судебных расходов истца связан с пропорциональностью удовлетворения заявленных требований.

Как указано в пункте 21 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательство о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера.

В настоящем споре имеют место требования неимущественного характера. Ответчики по делу не являются в данном споре по отношению к истцу солидарными должниками, на каждого из них судом возложена самостоятельная обязанность, в этой связи с учётом особенностей спорного материального правоотношения каждый из них обязан возместить Р. судебные расходы в равных долях.

В суде апелляционной инстанции представитель Р. - Ш. пояснил, что Ответчиком 1 в заявлении о взыскании судебных расходов им обозначен Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации, тогда как Ответчиком 2 - Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае. В обоснование своей позиции о взыскании с ответчиков расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей и 80 000 рублей соответственно, указал, что обжалование вторым ответчиком решения суда в апелляционном и кассационном порядке повлекло за собой увеличение судебных расходов на представителя в размере 50 000 рублей, с учётом его участия в судебном заседании суда апелляционной инстанции, объёма составленных документов, срока рассмотрения дела и степени его сложности.

На основании оценки представленных доказательств и с учётом установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что заявленный истцом размер возмещения судебных расходов за участие представителя истца, подлежащий взысканию с Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в сумме 30 000 рублей, учитывая добросовестное исполнение представителем истца условий договора поручения от 27 сентября 2023 года и вышеуказанных соглашений по настоящему делу, его участие в четырёх судебных заседаниях, длительность рассмотрения спора, а также принимая во внимание тот факт, что в ходе разрешения вопроса о взыскании судебных расходов ответчик не представил убедительных доказательств в подтверждение несоразмерности объёма оказанных истцу представительских услуг и уплаченных по вышеуказанным документам, является разумным и подлежит взысканию. С учётом размера оплаченной истцом государственной пошлины, общая сумма подлежащая взысканию с ответчика составит 30 300 рублей.

В части компенсации судебных расходов, подлежащих взысканию с Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае, суд апелляционной инстанции, приняв во внимание вышеизложенное, а также увеличение объёма оказанных представителем услуг и времени, необходимого на подготовку процессуальных документов для подачи в суды апелляционной и кассационной инстанций при обжаловании данным ответчиком решения суда, счёл возможным взыскать в пользу Р. 70 000 рублей, что в данном случае отвечает принципам разумности и справедливости, соответствует содержанию и объёму оказанной юридической помощи, не нарушает баланса интересов сторон. С учётом размера оплаченной истцом государственной пошлины, общая сумма подлежащая взысканию с указанного ответчика составит 70 300 рублей.

Таким образом, судебная коллегия обжалуемое определение Петропавловск-Камчатского городского суда отменила, заявление Р. удовлетворила частично, взыскав судебные расходы на оплату услуг представителя государственной пошлины в пользу Р. с Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации - в сумме 30 300 рублей, с Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае - 70 300 рублей, в удовлетворении остальной части заявления о взыскании судебных расходов - отказала.

Апелляционное определение № 33-520/2025

Обязанность приостановить производство по делу по основанию, установленному в абзаце 5 статьи 215 Гражданского процессуального кодекса РФ, связана не с фактом наличия в производстве суда другого дела, а с невозможностью рассмотрения судом спора до принятия решения по другому делу.

Н. обратился в суд с иском к УМВД России по Камчатскому краю, в котором, просил признать незаконным заключение об удержании излишне выплаченной пенсии, утверждённое начальником ЦФО УМВД России по Камчатскому краю, незаконными действия по снижению размера пенсии и её удержании, возложении обязанности возобновить выплату пенсии в полном размере, взыскании незаконно удержанной пенсии.

По ходатайству представителя ответчика УМВД России по Камчатскому краю Ю. определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 18 декабря 2024 года производство по данному гражданскому делу приостановлено до разрешения уголовного дела в отношении Н. по факту совершения преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159.2 Уголовного кодекса РФ, возбуждённого 27 сентября 2024 года старшим следователем СУ УМВД России по г. Петропавловску- Камчатскому (что подтверждается материалами дела).

Приостанавливая производство по настоящему делу, суд первой инстанции исходил из того, что исковые требования Н. о признании незаконными заключения об удержании излишне выплаченной пенсии, действий по снижению размера пенсии и её удержании взаимосвязаны с обстоятельствами установления факта проживания за пределами Камчатского края, которые подлежат установлению в уголовном производстве.

С указанными выводами суда судебная коллегия не согласилась.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16 июля 2015 года № 1728-0, вопрос о возможности рассмотрения гражданского дела до разрешения другого дела и, соответственно, о необходимости приостановления производства по этому делу разрешается судом в каждом конкретном случае на основе установления и исследования фактических обстоятельств в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения. Обязанность приостановить производство по делу по основанию, установленному в абзаце 5 статьи 215 Гражданского процессуального кодекса РФ, связана не с фактом наличия в производстве суда другого дела, а с невозможностью рассмотрения судом спора до принятия решения по другому делу. Предмет правового спора и правовые основания (юридические факты), рассматриваемые в ином производстве, должны иметь правовое значение для рассматриваемого судом гражданского дела.

Истец Н. является пенсионером МВД России, выплата пенсии с применением районного коэффициента связана с его фактическим проживанием в районах или местностях, где установлен соответствующий коэффициент, в данном случае, в Камчатском крае.

Условия, нормы и порядок пенсионного обеспечения лиц, проходящих службу в органах внутренних дел, регулируется Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей», в соответствии с частью 1 статьи 48 которого пенсионерам из числа лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, и членам их семей, проживающим в местностях, где к денежному довольствию военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, войск национальной гвардии Российской Федерации, органов принудительного исполнения Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации устанавливаются коэффициенты, на период проживания их в этих местностях пенсии, назначаемые в соответствии с настоящим Законом, надбавки к этим пенсиям, предусмотренные статьями 17, 24 и 38 настоящего Закона, дополнительная надбавка на уход, предусмотренная статьёй 45.1 настоящего Закона, и увеличения, предусмотренные статьёй 16 настоящего Закона, исчисляются с применением соответствующего коэффициента, установленного в данной местности для военнослужащих и сотрудников Правительством Российской Федерации в соответствии с федеральными законами. Сумма пенсии или пособия, излишне выплаченная пенсионеру вследствие злоупотребления с его стороны, может удерживаться из пенсии на основании решения соответствующего пенсионного органа ежемесячно в размере, не превышающем 20 процентов причитающейся к выплате пенсии, сверх удержаний по другим основаниям. Во всех случаях обращения взыскания на пенсию за пенсионером сохраняется не менее 50 процентов причитающейся ему пенсии (часть 1 статья 62 Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1).

Таким образом, юридически значимыми по делу обстоятельствами, которые подлежат установлению судом, являются фактическое проживание Н. в Камчатском крае, наличие (отсутствие) в его действиях недобросовестности. При этом возбуждение уголовного дела в отношении Н. по части 4 статьи 159.2 Уголовного кодекса РФ не препятствует разрешению требований по существу с учётом представленных сторонами доказательств и их оценке судом в порядке статей 56,67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Вина Н. в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159.2 Уголовного кодекса РФ (мошенничество при получении выплат), может быть установлена только вступившим в законную силу приговором суда и только в части, имели ли место эти действия, и совершены ли они данным лицом. Проверка в уголовном процессе совокупности признаков преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159.2 Уголовного кодекса РФ, как и обстоятельств фактического проживания Н. на территории Камчатского края, не указывает на то, что обстоятельства фактического проживания могут быть установлены только в рамках уголовного процесса.

Кроме того, конституционное право на социальное обеспечение истца не может быть ограничено на период рассмотрения уголовного дела (до вступления в законную силу приговора), учитывая и то, что предварительное следствие по уголовному делу приостановлено в связи с розыском подозреваемого.

С учётом того, что обжалуемое определение суда о приостановлении производства по делу постановлено с нарушением норм процессуального права, не отвечает задачам гражданского судопроизводства на правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, судебная коллегия его отменила, гражданское дело по иску Н. к УМВД России по Камчатскому краю о признании незаконными заключения об удержании излишне выплаченной пенсии, действий по снижению размера пенсии и её удержании, возложении обязанности по возобновлению выплаты пенсии, взыскании удержанной пенсии, направлено в суд первой инстанции для рассмотрения по существу.

Апелляционное определение № 33-654/2025

Добросовестность заявителя и разумность сроков совершения им соответствующих процессуальных действий после получения мотивированного судебного акта могут являться уважительной причиной для восстановления процессуального срока подачи жалобы ввиду отсутствия у него до этого объективной возможности эффективно обжаловать его в вышестоящий суд исходя из ясности обоснования принятого судом решения.

 

Решением Мильковского районного суда Камчатского края от 11 ноября 2024 года удовлетворены исковые требования Г. к О. об обеспечении доступа к жилому дому, передаче ключей от калитки.

9 января 2025 года ответчиком О. посредством электронной почты на решение подана апелляционная жалоба с заявлением о восстановлении пропущенного процессуального срока на её подачу. Судом постановлено определение, которым О. отказано в восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы.

Отказывая в восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы, суд первой инстанции исходил из того, что уважительных причин пропуска срока на апелляционное обжалование, объективно препятствующих ответчику в предусмотренный законом срок подать апелляционную жалобу, не установлено.

Суд апелляционной инстанции с таким выводом суда не согласился.

При разрешении заявления ответчика о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование судебного акта в апелляционном порядке, судом первой инстанции неправильно применены нормы процессуального права, вывод об отсутствии оснований для восстановления данного срока противоречит установленным при разрешении заявления обстоятельствам.

Как следует из материалов дела, стороны на оглашении судом резолютивной части решения не присутствовали, в окончательной форме решение изготовлено судом 20 ноября 2024 года. Соответственно, месячный срок на обжалование указанного выше решения суда в апелляционном порядке истекал 20 декабря 2024 года.

О., обращаясь 9 января 2025 года в суд с апелляционной жалобой и ходатайством о восстановлении пропущенного процессуального срока для её (жалобы) подачи, указала, что решение суда от 11 ноября 2024 года ею получено только 29 ноября 2024 года, в связи с чем месячный срок на обжалование судебного акта необходимо исчислять с указанной даты, поскольку до получения копии мотивированного решения суда О. не имела возможности определить позицию в отношении принятого судебного акта и привести доводы о несогласии с решением суда. Кроме того, не имея юридических познаний, 9 декабря 2024 года ответчик обратилась за юридической помощью в ООО «Анкризис», где ей были разъяснены положения законодательства и вынесенное судом решение.

Действительно, согласно материалам дела ответчик получила решение суда 29 ноября 2024 года.

Также следует учесть, что О. преклонного возраста, не обладает юридическими познаниями, вынуждена была обратиться за юридической помощью. 9 декабря 2024 года ответчик выдала Р., являющемуся профессиональным юристом, доверенность на представление её интересов в суде, в том числе на обжалование решения суда. 12 декабря 2024 года Р. был ознакомлен с материалами дела, 9 января 2025 года, как указано выше, ответчиком была подана апелляционная жалоба, то есть в течение месяца, с учётом нерабочих дней, со дня получения копии решения суда.

Таким образом, О. не бездействовала, принимала последовательные меры, направленные на отмену данного судебного акта, в разумный срок.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал в своих правовых актах на то, что отказ в удовлетворении заявления о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы, лишает заявителя гарантированного права на обжалование судебного акта, что недопустимо, поскольку норма о восстановлении пропущенного процессуального срока направлена на расширение гарантий судебной защиты прав и свобод интересов участников гражданского судопроизводства (Определение от 15 июля 2004 года № 273-0). Иное ограничит реализацию прав заявителя на судебную защиту, возможность использования внутригосударственных средств правовой защиты, как это предусмотрено общепризнанными нормами международного права и гарантировано статьёй 47 Конституции РФ.

Позднее получение мотивированного судебного акта при наличии добросовестности                                          заявителя  и разумности             сроков           совершения им

соответствующих         процессуальных действий          также            может являться

уважительной причиной для восстановления процессуального срока подачи жалобы ввиду отсутствия у него до этого объективной возможности эффективно обжаловать его в вышестоящий суд исходя из ясности обоснования принятого судом решения.

Учитывая изложенное, а также то, что материалы дела не содержат сведений о получении истцом копии решения суда ранее указанной даты, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о наличии законных оснований для восстановления срока на подачу апелляционной жалобы.

При таких обстоятельствах определение суда отменено с разрешением вопроса по существу и принятием решения о восстановлении ответчику пропущенного процессуального срока для подачи апелляционной жалобы.

Апелляционное определение № 33-671/2025

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 января 2025 года частично удовлетворено заявление Д. о возмещении судебных расходов.

Д. обратилась в суд с заявлением о взыскании с Р. судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 100 000 рублей, понесённых ею при рассмотрении гражданского дела.

Судом первой инстанции установлено, что решением Петропавловск- Камчатского городского суда Камчатского края от 8 ноября 2023 года отказано в удовлетворении исковых требований Р. к Д. о признании отказа от наследства недействительным, признании права на долю в наследственном имуществе. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 19 августа 2024 указанное решение суда оставлено без изменения.

Также судом установлено, что 8 октября 2022 года между Д. и М. был заключён договор, по условиям которого исполнитель взял на себя обязательство оказать заказчику юридические услуги по представлению интересов заказчика по иску Р. о признании отказа от наследства недействительным. Стоимость предоставляемых исполнителем услуг по договору составила 100 000 рублей. В обоснование произведённой оплаты за оказание юридической помощи по указанному выше договору представлен чек на соответствующую сумму.

Статьёй 100 Гражданского процессуального кодекса РФ при рассмотрении вопроса о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя, предусмотрен обязательный учёт требований разумности указанных расходов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении № 382-0-0 от 17 июля 2007 года, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса РФ речь идёт, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтёт её чрезмерной с учётом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесённых расходов.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 11, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

При определении размера судебных расходов, понесённых истцом на оплату юридической помощи, суд учёл сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В то же время, по мнению судебной коллегии, суд первой инстанции не учёл состояние здоровья истца, тяжесть которого подтверждена представленными в материалы дела медицинскими документами.

Так, согласно представленным документам Р. является пенсионером, инвалидом первой группы по общему заболеванию, находится на лечении в ГБУЗ «Камчатский краевой онкологический диспансере», а также под патронажем выездной бригады службы паллиативной медицинской помощи ГБУЗ «Камчатский краевой онкологический диспансере».

Общеизвестными и не подлежащим доказыванию является то обстоятельство, что паллиативная помощь оказывается пациенту, страдающему неизлечимым прогрессирующим заболеванием.

Материалами дела также подтверждено, что после уплаты Р. долговых обязательств по возбуждённому ранее исполнительному производству и произведённого удержания из его пенсии, остаток его пенсии составляет 24 263 рубля 39 копеек.

При изложенных выше обстоятельствах имеются объективные основания для снижения присуждённых истцу затрат.

Исходя из категории спора и уровня его сложности, с учётом состояния здоровья ответчика и размера его дохода, а также из необходимости обеспечения справедливого баланса интересов каждой из сторон, суд апелляционной инстанции определение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 января 2025 года отменил с вынесением нового решения - о взыскании с Р. в пользу Д. судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей.

Апелляционное определение № 33-598/2025

В случае обращения с исковым заявлением (заявлением) уплаченная государственная пошлина может быть зачтена в счёт подлежащей уплате государственной пошлины за подачу искового заявления (заявления).

ПАО «Камчатскэнерго» обратилось в суд с иском к 3. о взыскании задолженности по оплате коммунальных услуг.

Определением судьи от 31 октября 2024 года исковое заявление оставлено без движения по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 132 Гражданского процессуального кодекса РФ, срок для устранения недостатков установлен до 29 ноября 2024 года.

Определением судьи от 4 декабря 2024 года срок для устранения недостатков продлён до 13 января 2025 года.

Определением судьи от 7 февраля 2025 года исковое заявление ПАО «Камчатскэнерго» возвращено на основании пункта 7 статьи 135 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Оставляя исковое заявление без движения, суд первой инстанции, исходил из того, что истцом не представлен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины при подаче заявления о выдаче судебного приказа, а также справка мирового судьи о возврате уплаченной государственной пошлины.

Возвращая исковое заявление, суд первой инстанции исходил из того, что недостатки, допущенные при подаче иска в суд, не устранены истцом в срок, указанный в определении суда об оставлении искового заявления без движения, до 13 января 2025 года.

Суд апелляционной инстанции не согласился с данным выводом суда первой инстанции.

Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах (часть 2 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Абзацами первым и вторым пункта 3 статьи 333.18 Налогового кодекса РФ установлено, что государственная пошлина уплачивается по месту совершения юридически значимого действия в наличной или безналичной форме. Факт уплаты государственной пошлины плательщиком в безналичной форме подтверждается платёжным поручением с отметкой банка или соответствующего территориального органа Федерального казначейства (иного органа, осуществляющего открытие и ведение счетов), в том числе производящего расчёты в электронной форме, о его исполнении

В соответствии со статьёй 93 Гражданского процессуального кодекса РФ основания и порядок возврата или зачёта государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Согласно пункту 6 статьи 333.40 Налогового кодекса РФ плательщик государственной пошлины имеет право на зачёт излишне уплаченной (взысканной) суммы государственной пошлины в счёт суммы государственной пошлины, подлежащей уплате за совершение аналогичного действия. Указанный зачёт производится по заявлению плательщика, предъявленному в уполномоченный орган (должностному лицу), в который (к которому) он обращался за совершением юридически значимого действия. Заявление о зачёте суммы излишне уплаченной (взысканной) государственной пошлины может быть подано в течение трёх лет со дня принятия соответствующего решения суда о возврате государственной пошлины из бюджета или со дня уплаты этой суммы в бюджет. К заявлению о зачёте суммы излишне уплаченной (взысканной) государственной пошлины прилагаются: решения, определения и справки судов, органов и (или) должностных лиц, осуществляющих действия, за которые уплачивается государственная пошлина, об обстоятельствах, являющихся основанием для полного возврата государственной пошлины, а также копии платёжных документов.

В соответствии с подпунктом 13 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса РФ по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями, государственная пошлина уплачивается с учётом следующих особенностей: при отказе в принятии к рассмотрению искового заявления, административного искового заявления или заявления о вынесении судебного приказа либо при отмене судебного приказа уплаченная государственная пошлина при предъявлении иска, административного иска или заявления о вынесении судебного приказа засчитывается в счёт подлежащей уплате государственной пошлины.

Из представленных материалов и содержания искового заявления усматривается, что ранее истец обращался к мировому судье за вынесением судебного приказа, который был отменён по возражениям должника, в связи с чем, обращаясь в суд с настоящими исковыми требованиями, ПАО «Камчатскэнерго» представило платёжное поручение от 21 октября 2024 года об уплате государственной пошлины в сумме 1 538 рублей и копию определения мирового судьи судебного участка № 18 Петропавловск- Камчатского судебного района Камчатского края от 28 августа 2024 года об отмене судебного приказа от 28 августа 2024 года, просило произвести зачёт государственной пошлины в размере 2462 рубля, уплаченной при подаче заявления о вынесении судебного приказа, в счёт подлежащей уплате государственной пошлины за подачу настоящего искового заявления.

Во исполнение указаний судьи, изложенных в определении от 31 октября 2024 года об оставлении иска без движения, 3 декабря 2024 года ПАО «Камчатскэнерго» представило в суд платёжное поручение от 15 июня 2022 года об уплате государственной пошлины по требованию к 3. на сумму 2 462 рубля с печатью банка и подписью исполнителя.

В рассматриваемом случае представленные при подаче искового заявления и в рамках устранения его недостатков ПАО «Камчатскэнерго» платёжные поручения соответствовали требованиям, предъявляемым к оформлению документа, подтверждающего уплату государственной пошлины, поскольку содержат указание об осуществлении операции с использованием электронного средства платежа, сведения о проведении платежа, а также штамп банка и подпись ответственного исполнителя, в связи с чем ранее оплаченная государственная пошлина может быть зачислена в счёт подлежащей уплате государственной пошлины за подачу искового заявления.

Требование судьи о приобщении справки мирового судьи о зачёте государственной пошлины является формальным, создаёт искусственные препятствия к разрешению вопроса о принятии искового заявления к производству суда. Кроме того зачёт указанной суммы государственной пошлины может быть разрешён судом определением о принятии искового заявления к производству суда.

Таким образом, у судьи первой инстанции не имелось оснований для возвращения искового заявления.

На основании изложенного определение о возвращении искового заявления отменено, как постановленное с нарушением норм процессуального права, а материал направлен в суд первой инстанции для решения вопроса о принятии искового заявления к производству суда.

Апелляционное определение № 33-542/2025

В соответствии с и. 3 ст. 22 ГПК РФ суды рассматривают и разрешают дела, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, за исключением экономических споров и других дел, отнесённых федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов.

С. обратился с иском к А. и Д. о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по улице Ломоносова, 60 в г. Петропавловске- Камчатском, заключённым, уменьшении цены договора на 6 970 252 руб. 65 коп., признании состоявшимся перехода права собственности на указанную квартиру, истребовании названной квартиры из незаконного владения ответчиков. В обоснование иска С. указал, что ответчики являются собственниками квартиры по ул. Ломоносова, 60 в г. Петропавловске-Камчатском. Вступившим в законную силу заочным решением Петропавловск-Камчатского городского суда от 25 января 2024 года с учётом определения об исправлении описки от 8 июля 2024 года по гражданскому делу № 2-319/2024 на А. и Д. возложена обязанность заключить с истцом договор купли-продажи указанной квартиры на условиях предварительного договора-купли продажи от 5 декабря 2022 года, согласно которому квартира должна быть передана истцу свободной от обременений и притязаний третьих лиц. Вместе с тем указанная квартира находится в залоге у ПАО Сбербанк, перед которым ответчики имеют непогашенную задолженность в размере 6 970 252 руб. 65 коп.

Рассмотрев дело, Петропавловск-Камчатский городской суд решением от 23 января 2025 года в удовлетворении иска С. отказал.

В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на Федеральный закон от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», указал на противоречивый характер выводов суда, поскольку сделка не может быть одновременно и ничтожной (мнимой) и оспоримой на основании норм Закона о банкротстве, и просил решение отменить, принять новый судебный акт, удовлетворив исковые требования.

Изучив материалы дела, материалы гражданского дела № 2-319/2024 по иску С. к Д. и А. о понуждении к заключению основного договора купли- продажи квартиры, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия пришла к следующему.

Согласно п. 1 ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. Соответственно, предварительный договор не может устанавливать для сторон каких-либо иных обязательств, в том числе обязанности передать имущество или обязанности оплатить его.

В п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве указано, что сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из материалов дела следует, что спорная квартира принадлежит А. и Д. на праве общей совместной собственности, приобретена ими с использованием кредитных денежных в размере 7                                                                                                                          010     000 руб.,

предоставленных по договору от 24 марта 2021 года ПАО Сбербанк (кредитор) на условиях солидарной ответственности сроком на 30 лет под 8,20% годовых. Согласно сведениям ЕГРН на указанную квартиру установлено обременение в виде ипотеки в силу закона в пользу ПАО Сбербанк. По условиям предварительного договора купли-продажи спорной квартиры от 5 декабря 2022 года Д. и А. обязуются продать спорную квартиру С. за цену 11 500 000 руб. и заключить основной договор купли- продажи этой квартиры в срок до 25 февраля 2023 года. Из расписок сторон следует, что С. передал А. и Д. во исполнение условий сделки в декабре 2022 года, а также январе 2023 года 5 000 000 руб., 1 500 000 руб. и 1 000 000 руб. соответственно. Дополнительными соглашениями от 14 февраля 2023 года срок действия предварительного договора купли-продажи квартиры установлен до 10 апреля 2023 года, стоимость продажи квартиры определена в 8 250 000 руб.

Вступившим в законную силу заочным решением Петропавловск- Камчатского городского суда от 25 января 2024 года по гражданскому делу № 2-319/2024, на А. и Д. возложена обязанность заключить с С. договор купли-продажи спорной квартиры на условиях и на сумму, указанных в предварительном договоре купли-продажи квартиры от 5 декабря 2022 года и дополнительном соглашении № 2 к нему от 14 февраля 2023 года. С учётом п. 4 ст. 445 ГК РФ, п.п. 29, 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49, договор купли-продажи квартиры считается заключённым с момента вступления в законную силу заочного решения от 25 января 2024 года, то есть с 13 апреля 2024 года.

9 ноября 2023 года определением Арбитражного суда Камчатского края в рамках дела № А24-4235/2023 принято к производству заявление Ф. о признании индивидуального предпринимателя А. несостоятельным (банкротом), а в отношении его долгов введена процедура реструктуризации. Определением Арбитражного суда Камчатского края от 11 января 2024 года, оставленным без изменения Пятым арбитражным апелляционным судом в реестр требований кредиторов к должнику А. включены требования ПАО «Сбербанк» в размере 6 970 252 руб. 65 коп., как обеспеченные залогом имущества должника - спорной квартирой по кредитному договору от 24 марта 2021 года.

Решением арбитражного суда Камчатского края от 15 мая 2024 года индивидуальный предприниматель А. признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации имущества на пять месяцев, финансовым управляющим должника утверждён арбитражный управляющий

Д-

Вступившим в законную силу определением Петропавловск- Камчатского городского суда 10 октября 2024 года по гражданскому делу № 2-5904/2024 исковые требования ПАО Сбербанк к А. о расторжении кредитного договора, взыскании задолженности по нему и обращении взыскания на предмет залога оставлены без рассмотрения в связи с признанием должника банкротом и введением процедуры реализации имущества должника.

Вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 13 ноября 2024 года по гражданскому делу № 2-6819/2024 частично удовлетворены исковые требования ПАО Сбербанк к Д., которым расторгнут кредитный договор от 24 марта 2021 года, с ответчика взыскана задолженность по договору в размере 6 812 637 руб. 53 коп.; этим же решением исковые требования банка об обращении взыскания на имущество - спорную квартиру - оставлены без рассмотрения, поскольку один из её собственников - А. признан банкротом. С учётом п. 4 ст. 445 ГК РФ, п.п. 29, 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49, договор купли-продажи квартиры считается заключённым с момента вступления в законную силу заочного решения от 25 января 2024 года, то есть с 13 апреля 2024 года.

Установив, что заключение предварительного договора купли-продажи спорной квартиры имело место 5 декабря 2022 года, то есть в течение трёх лет до возбуждения производства по делу о банкротстве должника (9 ноября 2023 года), суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что на момент заключения предварительного договора купли-продажи у А. уже имелись признаки неплатёжеспособности, и, исходя из установленной абз. 3 п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве презумпции неплатёжеспособности гражданина (под которой понимается прекращение расчётов с кредиторами, то есть прекращение исполнения денежных обязательств, срок исполнения которых наступил), пришёл к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что договор купли-продажи квартиры представляет собой подозрительную сделку, так как его оформление и последующая регистрация права собственности нового собственника приведёт к неизбежному уменьшению стоимости имущества должника, в отношении которого введена процедура реализации имущества, что бесспорно скажется на удовлетворении требований кредиторов.

Между тем при рассмотрении дела судом первой инстанции не учтено, что по делу о банкротстве А. включено требование ПАО Сбербанк по кредитному договору от 24 марта 2021 года в размере 6 970 252 руб. 65 коп., как обеспеченное залогом имущества должника - спорной квартирой.

В силу п. 1 ст. 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Эти требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

При этом в соответствии со ст.ст. 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов в период времени, в течение которого они должны быть исполнены.

Возникновение спорных правоотношений обусловлено наличием между сторонами договорных отношений, связанных с заключением предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества и внесением задатка.

2 ноября 2023 года в отношении А. была введена процедура реструктуризации долгов гражданина, утверждён финансовый управляющий имуществом должника. Последствия введения в отношении гражданина процедуры реструктуризации долгов предусмотрены ст. 213.11 Закона о банкротстве, в п. 5 которой установлены ограничения относительно заключаемых должником сделок, заключение сделок в отношении имущества, стоимость которого составляет более чем пятьдесят тысяч рублей, возможно только с выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего (абз. 2 п. 5 ст. 213.11 Закона о банкротстве).

Сделки, совершённые без необходимого в силу п. 5 ст. 213.11 Закона о банкротстве согласия финансового управляющего могут быть признаны недействительными на основании п. 1 ст. 173.1 ГК РФ (п. 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

На момент открытия процедуры реализации имущества должника договор купли-продажи от 13 апреля 2024 года не был исполнен (переход права собственности не был зарегистрирован), указанная в этом договоре недвижимость на основании п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве вошла в конкурсную массу А., и в отсутствие заявления финансового управляющего о регистрации перехода права собственности на недвижимость к С. такая регистрация стала невозможной в силу абзацев второго и третьего п. 5, абзаца второго п. 7 ст. 213.25 Закона о банкротстве. При этом финансовый управляющий лишён возможности подать соответствующее заявление в регистрирующий орган, так как это повлечёт за собой преимущественное удовлетворение требований С., а действия управляющего вступят в противоречие с положениями п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

По смыслу п. 1 ст. 213.25, абз. 7 п. 1 ст. 216 Закона о банкротстве, разъяснений, данных в п. 27, 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с момента введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, все требования кредиторов, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены и рассмотрены судом только в рамках дела о банкротстве. Вследствие этого исковые требования С. подлежали рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве А.

Согласно ч. 2.1 ст. 33 ГПК РФ, если при рассмотрении дела в суде выявилось, что оно подлежит рассмотрению арбитражным судом, суд передаёт дело в арбитражный суд, к подсудности которого оно отнесено законом. ГПК РФ предусмотрены общие основания для передачи дела из суда общей юрисдикции в арбитражный суд, к подсудности которого отнесено дело.

В соответствии с подп. 1 п. 6 ст. 27 АПК РФ независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане, арбитражные суды рассматривают дела о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из вышеизложенного, суд общей юрисдикции утрачивает компетенцию по его рассмотрению.

Согласно ст. 222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если в производстве этого или другого суда, арбитражного суда имеется возбуждённое ранее дело по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

В ст. 148 АПК РФ закреплено, что Арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве.

Таким образом судебная коллегия решение Петропавловск- Камчатского городского суда от 23 января 2025 года отменила, исковое заявление С. к А. и Д. оставила без рассмотрения.

Апелляционное определение № 33-812/2025

 

 

II. Применение норм материального права.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

 

И. обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о взыскании компенсации морального вреда, стоимости авиабилетов, судебных расходов.

Рассмотрев дело, суд постановил решение, которым исковые требования И. удовлетворил частично.

Из материалов дела следует, что 27 августа 2014 года И. заключил с ПАО «Сбербанк» договор на выпуск и обслуживание кредитной карты с лимитом кредита 85 000 рублей. При подписании заявления на получение кредитной карты И. был ознакомлен и согласился с условиями её выпуска и обслуживания, тарифами банка, памяткой держателя, руководством по использованию услуг и обязался их выполнять.

Выпуск и облуживание кредитной карты ОАО «Сбербанк России», открытие счёта для учёта операций с использованием карты и предоставление клиенту возобновляемой кредитной линии для проведения операций по карте определены Общим условиями, которые являются заключёнными между клиентом и банком (договор). Предоставление услуг по картам, не урегулированных договором, регулируются отдельными договорами.

В пункте 3.12 Общих условий перечислены действия держателя карты, необходимые для блокировки карты в случае её утраты.

Согласно пункту 3.13 Общих условий, клиент несёт ответственность за все операции с картой (реквизитами карты), совершённые до момента получения банком уведомления об утрате карты.

При этом банк несёт ответственность операциям с картой (реквизитами карты), совершёнными после получения от держателя уведомления об утрате карты (пункт 3.14 Общих условий).

В соответствии с пунктом 3.16 Общих условий банк имеет право осуществить блокировку карты после получения от держателя информации о совершении операции с использованием карты (реквизитов карты) без согласия держателя в соответствии с пунктом 3.15 Общих условий.

Исполнение распоряжений (поручений) клиента, переданных посредством услуги «Мобильный банк», осуществляется банком не позднее рабочего дня, следующего за днём получения такого распоряжения (поручения) - (пункт 9.16 Общих условий).

Пунктом 8.2 Общих условий предусмотрено, что банк вправе осуществлять телефонную запись на своих устройствах в целях обеспечения безопасности и надлежащего облуживания клиента без его дополнительного уведомления. Записи телефонных разговоров могут быть использованы в качестве доказательств в процессуальных действиях.

Индивидуальными условиями предусмотрено, что лимит кредита может быть увеличен по инициативе банка с предварительным информированием клиента не менее чем за 30 календарных дней до даты изменения. Банк информирует клиента обо всех изменениях размера лимита кредита путём размещения соответствующей информации в отчёте, путём направления СМС-сообщения по указанному клиентом телефону ли через удалённые каналы обслуживания. О своём согласии (несогласии) с увеличением лимита кредита, клиент должен уведомить банк до планируемой даты изменения изменений, одним из следующих способов путём направления сообщения через удалённые каналы облуживания или позвонив в контактный центр банка. В случае, если клиент не уведомил банк о своём согласии (несогласии) с увеличением лимита кредита, лимит кредита увеличивается, о чём клиент уведомляется банком путём направления СМС-сообщения (пункт 1.4).

22 июня 2023 года И. поступил звонок из банка с номера 900 с предложением увеличить лимит кредитования по кредитной карте до 200 000 рублей, на которое истец ответил согласием при условии одновременного увеличения беспроцентного периода по карте до 120 дней.

22 июня 2023 года И. через мобильное приложение банка указал сведения о краже кредитной карты.

Кредитная карта активирована И. 23 июня 2023 года в 00 часов 23 минуты, лимит данной кредитной карты увеличен банком 27 июня 2023 года до 200 000 рублей.

За период с 26 мая по 23 июня 2023 года И. производились операции по кредитной карте с лимитом кредита 70 000 рублей, в том числе по оплате авиабилетов Аэрофлот в размере 14 000 рублей. Также выставлена к погашению комиссия в размере 150 рублей за досрочный перевыпуск карты.

За период с 18 по 30 июня 2023 года банком на телефон И. направлены следующие сообщения (относительно кредитных карт ...2 и ..6):

22 июня 2023 года: И., как договорились, лимит вашей кредитной карты будет увеличен до 200 000 рублей не позднее 30 июня 2023 года, если по ней не будет просроченной задолженности;

22 июня 2023 года: ваше обращение от 22 июня 2023 года принято в работу, срок рассмотрения до 2 июля 2023 года включительно;

22 июня 2023 года: мы отклонили операцию на 10 890 рублей 43 копейки в YM*OZON LIMIT и ограничили действие карты. Хотим убедиться, что операцию проводите именно вы. Пожалуйста, проверьте её в приложении Сбербанк Онлайн или позвоните на 900;

22 июня 2023 года совершены 4 покупки;

22 июня 2023 г: ваше обращение от 22 июня 2023 года рассмотрено, ответ предоставлен по телефону;

22 июня 2023 года: для безопасности ваших средств банк остановил подозрительный перевод по карте ..2 на 10 890 рублей 43 копейки в YM*OZON LIMIT. He переходите по ссылкам для оплаты или получения денег. Сверьте название сервиса на экране покупки и в СМС об оплате от банка. Чтобы продолжить операцию, дождитесь звонка с номера 900 или позвоните на номер 900;

22 июня 2023 года: ограничены операции в Интернете и подключение бесконтактной оплаты. Пожалуйста, позвоните на 900 и следуйте подсказкам голосового помощника;

22 июня 2023 года: перевыпустить карту можно в приложении Сбербанк Онлайн;

22     июня 2023 года совершались покупки и отмены покупок;

23     июня 2023 года: карта .. .6 активирована;

23 июня 2023 года: мы получили вашу заявку на карту и отправим уведомление, когда она будет готова. Статус смотрите в Сбербанк Онлайн;

23 июня 2023 года: оплата перевыпуска карты 150 рублей;

27 июня 2023 года увеличен кредитный лимит с 70000 рублей до 200000 рублей.

22 июня 2023 года банком на телефон истца совершены звонки в 13:25:44мск, 14:09:24мск, 14:14:37мск, 17:34:15мск.

Ответчиком представлены стенограммы звонков по номеру телефона истца за 22 июня 2023 года, из которых следует, что в указанную дату банком клиенту были совершены звонки с использованием виртуального ассистента «Афина» в 14:09:24мск, 14:14:37мск, 17:34:15мск.

Аудиозапись (стенограмму) телефонного разговора, состоявшегося 22 июня 2023 года в 13:25:44, продолжительностью 1 м. 55 с., ответчик в материалы дела не представил.

12 июля 2023 года И. направил в ПАО «Сбербанк» претензию с требованием о выплате компенсации морального вреда за испорченный отпуск и ненадлежащее отношение сотрудников.

Из ответа банка от 17 июля 2023 года на претензию истца следует, что перевыпуск кредитной карты ...2 осуществлён на карту с прежними условиями обслуживания, так как изменение условий доступно по предложению банка. На момент перевыпуска предложение ещё не было сформировано. В рамках обращения техническим специалистам банка направлен запрос для проведения необходимых корректировок, чтобы перевыпуск карты на новых условиях был доступен. Перевыпуск карт по причине кражи (утери) осуществляется платно, в связи с чем была удержана комиссия в размере 150 рублей, которая возвращена банком на счёт кредитной карты 27 июня 2023 года. Увеличение кредитного лимита осуществляется в течение нескольких дней с момента получения предложения. Размер кредитного лимита увеличен до 200 000 рублей 27 июня 2023 года. По факту рассмотрения обращения сотрудниками ответственного подразделения банка проведена проверка в отношении сотрудника, рассмотревшего обращение. На 17 июля 2023 года доступен перевыпуск кредитной карты ...6 на кредитную Сберкарту МИР на новых условиях. Также банк принёс истцу извинения за то, что ему пришлось столкнуться с некачественным сервисом.

Установив данные обстоятельства, при разрешении спора суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что действия ответчика не соответствовали условиям заключённого с истцом договора и требованиям закона, так как при разрешении заявления истца о перевыпуске карты с увеличением беспроцентного периода и лимита кредитования до И. банком доведена недостоверная информация, сформировавшая у истца ошибочное понимание того, что блокировка карты в связи с её кражей необходима для изменения условий кредитования, что прямо запрещено Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)». При этом суд указал, что доказательств обратного ответчиком не представлено, поскольку ответчиком не представлена аудиозапись (стенограмма) телефонного разговора, состоявшегося 22 июня 2023 года в 13:25:44, в то время как истец настаивал на том, что именно при этом звонке состоялась беседа, в ходе которой ему было предложено заблокировать карту в связи с её кражей. Таким образом, приостановление (блокировка) операций по карте И. в спорный период являлась неправомерной в отсутствие установленного нарушения истцом договора и ситуации, которая могла повлечь за собой ущерб для банка или держателя, а также нарушения действующего законодательства.

Исходя из фактических обстоятельств дела, личности истца, существа и значимости прав и нематериальных благ истца, которым причинён вред, а также поведения самого истца, длительности и последствия допущенного нарушения, суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей и штраф в порядке части 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей в размере 5 000 рублей.

Судебная коллегия не согласилась с указанными выводами суда в силу следующего.

Возможность применения такого способа защиты нарушенных прав как компенсация морального вреда вытекает из положений, содержащихся в статьи 15 Закона о защите прав потребителей, в соответствии с которыми моральный вред, причинённый потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортёром) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесённых потребителем убытков. Отсюда следует, что вина исполнителя - необходимое условие применения рассматриваемой меры ответственности, а её степень наряду со степенью физических и нравственных страданий потерпевшего подлежит учёту при определении размера компенсации морального вреда (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В силу статьи 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

В соответствии с разъяснениями, приведёнными в абзаце 4 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Согласно пунктам 3.13, 3.14 Общих условий, стороны разграничили между собой ответственность за все операции с картой, совершённые до момента получения банком уведомления об утрате карты и совершённые после получения такого уведомления.

Из совокупности установленных по делу обстоятельств и доводов искового заявления следует, что нарушение своих прав истец связывает с действиями ответчика по блокировке кредитной карты, вследствие которой истец был лишён возможности пользоваться заёмными денежными средствами и оплачивать необходимые расходы на проживание и питание в период отпуска.

Вместе с тем, действия ПАО «Сбербанк» по блокировке кредитной карты истца явились следствием сообщения И. недостоверных сведений о её краже. Будучи ознакомленным с Общими условиями и достоверно зная о том, что указание сведений о краже карты приведёт к её блокировке и перевыпуску, И. самостоятельно 22 июня 2023 года указал в мобильном приложении банка недостоверные сведения о краже кредитной карты ...2, в результате чего она была банком заблокирована, после чего истец 23 июня 2023 года активировал новую кредитную карту .. .6.

Таким образом, И. по своей воле сообщил банку через мобильное приложение недостоверные сведения о краже кредитной карты, в результате чего и произошла её блокировка, а в дальнейшем и её перевыпуск.

Намерение истца повысить кредитный лимит и увеличить льготный период кредитования само по себе не означает, что он не мог и не должен был предвидеть возможность блокировки имеющейся у него кредитной карты при сообщении банку сведений о её краже.

При этом информация о согласовании банком увеличения лимита по кредитной карте уже была доведена до сведения истца в СМС-сообщении, направленном И. 22 июня 2023 года в 08 часов 31 минуту.

Данная информация была истцом получена, что подтверждается содержанием аудиозаписями консультации истца сотрудниками банка об условиях обслуживания кредитной карты. Так, согласно представленному в материалы дела аудиофайлу, истец сообщил оператору, что ему уже были 22 июня 2023 года согласованы условия повышения лимита кредитной карты до 200 000 рублей, однако не был увеличен льготный период кредитования. При этом сотрудник банка разъяснил И., что для увеличения льготного периода кредитования потребуется подать в банк заявку на закрытие счёта, погасить задолженность и выпустить новую кредитную карту, на что И. ответил, что данные условия увеличения льготного периода кредитования ему ясны.

Также условия оформления и перевыпуска карт размещены на официальном сайте ответчика, являются открытой информацией, доступной к ознакомлению.

В этой связи доводы истца о том, что сведения о краже карты он указал по совету специалиста банка, полученному в ходе консультации 22 июня 2023 года в 13:25:44, с целью увеличения льготного периода кредитования, правового значения не имеют, поскольку надлежащая и достоверная информация об условиях выпуска и обслуживания кредитной карты была доведена до истца при заключении договора от 27 августа 2014 года, и в ходе устной консультации со специалистом банка, действия банка по блокировке карты истца в связи с поступлением сведений о краже карты от её владельца совершены в рамках предоставленных полномочий и направлены на соблюдение положений пунктов 3.13-3.14 Общих условий, соответствуют условиям заключённого между сторонами договора и не противоречат действующему законодательству.

По смыслу статьи 858 Гражданского кодекса РФ блокировка карты (проведения операций с использованием карты или её реквизитов) не является ограничением прав клиента на распоряжение находящимися на счёте денежными средствами, в связи с чем действия банка по приостановлению для истца доступа к услуге дистанционного совершения банковских операций не нарушили прав истца на распоряжение денежными средствами.

Избрание способа получения новой карты, определение момента её получения в банке с целью дальнейшего использования, зависели исключительно от воли самого истца, в связи с чем оснований для возложения на ответчика негативных последствий избранного истцом способа замены кредитной карты, в том числе ответственности за перенесённые истцом нравственные страдания, судебная коллегия не усмотрела, поскольку действиями ответчика права и законные интересы заёмщика не нарушены.

Ссылки истца на переживание им сильного эмоционального стресса ввиду отсутствия в период отдыха денежных средств, что послужило причиной и конфликтных отношений с супругой, судебная коллегия отклонила, поскольку доказательств в подтверждение указанных доводов истец не представил, кроме того, решение о приобретении билетов до г. Сочи принято истцом до получения сведений о согласовании банком увеличения кредитного лимита.

При установленных обстоятельствах судебная коллегия сочла, что требования истца удовлетворению не подлежат.

Решение суда об удовлетворении исковых требований И. о взыскании компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов ввиду изложенного не может быть признано законным и подлежит отмене в указанной части с принятием в соответствии с пунктом 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса РФ нового решения об отказе в удовлетворении указанных исковых требований.

На основании изложенного решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 23 мая 2024 года в части удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов - отменено, с принятием по делу в указанной части нового решения, которым в удовлетворении исковых требований И. к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов отказано.

Апелляционное определение № 33-472/2025

Предъявление кредитором требования о досрочном возврате суммы займа (кредита) изменяет срок исполнения обязательства по возврату суммы долга (кредита).

 

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 февраля 2025 года в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью профессиональная коллекторская организация «Траст» к X. о взыскании задолженности по кредитному договору в виде основного долга, процентов за пользование кредитными средствами, отказано в связи с пропуском срока исковой давности.

ООО «ПКО Траст» обратилось в суд с иском к X. о взыскании задолженности по кредитному договору.

Как следует из материалов дела, 26 ноября 2013 года между ПАО «АТБ» и X. заключён кредитный договор сроком по 26 ноября 2018 года с условием уплаты процентов за пользование суммой займа в размере 21,9 % годовых.

Согласно графику платежей, являющемуся приложением к кредитному договору, установлен размер ежемесячного платежа в период с 26 декабря 2013 года по 26 ноября 2018 года.

Со всеми условиями предоставления и погашения кредита, размерами платежей, в том числе связанными с несоблюдением условий договора потребительского кредита, индивидуальными условиями ответчик ознакомлен при заключении договора.

В день заключения кредитного договора заёмщику предоставлен кредит в размере 371 824 рубля 48 копеек.

В силу пункта 4.4.10 договора банк вправе уступить полностью или частично права (требования) по кредитному договору третьим лицам.

5 декабря 2019 года между ПАО «АТБ» и ООО «ПКО Траст» заключён договор уступки прав (требований), в соответствии с которым ООО «ПКО Траст» принимает права (требования) к физическим лицам по кредитным договорам, заключённым между ПАО «АТБ» и заёмщиками.

Выпиской из акта приёма-передачи к договору уступки прав требования по кредитным договорам от 5 декабря 2019 года подтверждается передача от ПАО «АТБ» к ООО «ПКО Траст» прав требования взыскания задолженности по кредитному договору от 26 ноября 2013 года, заключённому с X., в размере 392 353 рубля 41 копейка (360 971 рубль 46 копеек - задолженность по основному долгу +31 381 рубль 95 копеек - задолженность по процентам).

Из расчёта истца видно, что задолженность по кредитному договору от 26 ноября 2013 года составила 392 353 рубля 41 копейка (360 971 рубль 46 копеек - сумма основного долга, 31 381 рубль 95 копеек - проценты за пользование кредитными средствами).

С исковым заявлением истец обратился в суд 28 мая 2024 года.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиком заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

Отказывая ООО «ПКО Траст» в удовлетворении иска, суд первой инстанции пришёл к выводу о пропуске истцом срока исковой давности.

Судебная коллегия с применением судом срока исковой давности не согласилась ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьёй 200 Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Перемена лиц в обязательстве не влечёт изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (пункт 1 статьи 200, статья 201 Гражданского кодекса РФ).

В пунктах 6 и 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьёй 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заёмными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Таким образом, применительно к обязательствам с определённым сроком исполнения, которые по условиям обязательства исполняются по частям, течение срока исковой давности исчисляется в отношении каждой неисполненной части обязательства. В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей, и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 43).

В соответствии с пунктом 1 статьи 204 Гражданского кодекса РФ и абзацем 1 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43, в силу пункта 1 статьи 204

Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течёт с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

По смыслу статьи 204 Гражданского кодекса РФ начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа.

В случае прекращения производства по делу по указанным выше основаниям, а также в случае отмены судебного приказа, если не истекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 43).

Как следует из материалов дела, по условиям кредитного договора и согласно графику платежей ответчик принял на себя обязательство по возврату денежных средств путём внесения на счёт банка ежемесячных платежей в размере 10 244 рубля 83 копейки, датой последнего из которых является 26 ноября 2018 года.

28 апреля 2017 года истец обратился к мировому судье с заявлением о вынесении судебного приказа о взыскании задолженности в размере 392 353 рубля 41 копейка.

3 мая 2017 года вынесен судебный приказ.

20 июля 2023 года судебный приказ отменён.

28 мая 2024 года Общество обратилось в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что о нарушение своих прав по последнему ежемесячному платежу истцу должно было стать известно с 27 ноября 2018 года, при условии обращения с данным иском в суд по истечении 6 месяцев после отмены судебного приказа срок исковой давности по взысканию задолженности по данному кредитному договору пропущен.

Однако по смыслу приведённых выше норм права и акта их толкования при подаче заявления о выдаче судебного приказа о взыскании только части долга или отдельных периодических платежей, срок исковой давности в период осуществления судебной защиты не течёт в отношении соответствующей части долга или соответствующих периодических платежей (определение Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2024 года № 81-КГ23-10-К8).

Между тем, в соответствии с пунктом 2 статьи 811 Гражданского кодекса РФ, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заёмщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами. Аналогичные правила установлены нормой частим 1 статьи 14 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)».

По смыслу приведённой нормы закона, предъявление кредитором требования о досрочном возврате суммы займа (кредита) изменяет срок исполнения обязательства по возврату суммы долга (кредита) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 4 июля 2023 года № 41-КГ23-28-К4).

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2021) также разъяснено, что предъявление банком заявления о выдаче судебного приказа на взыскание всей суммы долга по договору займа (кредита) в связи с неисполнением заёмщиком обязательства вносить ежемесячные платежи означает досрочное востребование кредитором суммы займа (кредита) с процентами в соответствии со статьёй 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, что изменяет срок исполнения обязательства заёмщиком, с которого производится расчёт срока исковой давности в соответствии с абзацем 1 пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, по настоящему гражданскому делу установлено, что, обращаясь к мировому судье с заявлением о выдаче судебного приказа, общество фактически потребовало досрочного возврата всей суммы кредита с причитающимися процентами, что привело к изменению срока исполнения кредитного обязательства.

Материалы дела свидетельствуют о том, что впервые за защитой нарушенного права в виде подаче заявления о выдаче судебного приказа истец обратился 28 апреля 2017 года, судебный приказ отменён 20 июля 2023 года, с настоящим иском общество обратилось 28 мая 2024 года, то есть срок исковой давности применим к платежам до 26 марта 2015 года.

С момента обращения с заявлением о выдаче судебного приказа (28 апреля 2017 года) и до его отмены (20 июля 2023 года) течение срока исковой давности было приостановлено на 6 лет 2 месяца 17 дней.

В суд с данным иском истец обратился 28 мая 2024 года (через 10 месяцев 8 дней после отмены судебного приказа), то есть до истечения трёхлетнего срока.

Кредит был выдан сроком до 26 ноября 2018 года.

На момент обращения к мировому судье с заявлением о выдаче судебного приказа и взыскании всей задолженности, срок исковой давности по текущим платежам за период с 28 апреля 2017 года по 26 ноября 2018 года ещё не начинал течь, следовательно, он начал течь только после отмены судебного приказа, но также не был пропущен, исходя из даты подачи искового заявления.

Таким образом, после отмены судебного приказа истец был вправе взыскать задолженность с 26 марта 2015 года.

На основании изложенного судебная коллегия пришла к выводу о взыскании с ответчика задолженности по кредитному договору за период с 26 марта 2015 года (дата ежемесячного платежа) по 26 ноября 2018 года в размере 318 112 рублей 53 копейки, процентов за пользование кредитными средствами в пределах заявленных требований 31 381 рубль 95 копеек, которые по расчёту составляют 275 211 рублей 59 копеек.

Таким образом, решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 февраля 2025 года отменено с вынесением нового решения, которым исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация Траст» удовлетворены частично.

Апелляционное определение № 33-569/2025

Не подлежит удовлетворению требование исполнителя о выплате вознаграждения по договору об оказании правовых услуг, если данное требование истец обосновывает условием договора, ставящим размер оплаты услуг в зависимость от решения суда или государственного органа, которое будет принято в будущем.

ООО «Международное юридическое партнёрство «Фемида»» обратилось в суд с исковым заявлением к В. о взыскании задолженности по договору об оказании юридических услуг, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 декабря 2024 года исковые требования удовлетворены частично.

Как следует из материалов дела, 6 апреля 2021 года между В. (принципал) и ООО «Международное юридическое партнёрство «Фемида»» (поверенный) в лице генерального директора М. заключён договор на оказание юридических услуг, по условиям которого принципал поручает, а поверенный принимает на себя обязательство оказать принципалу юридическую помощь по предоставлению интересов в деле в Геленджикском городском суде Краснодарского края.

В пункте 2 договора определено, что поверенный обязался изучить представленные принципалом документы и проинформировать его о возможных вариантах решения проблемы, подготовить необходимые документы в орган (организацию), суд общей юрисдикции и осуществить представление интересов принципала на всех стадиях судебного процесса суда первой инстанции, либо в ином органе (организации).

Стоимость услуг по договору определена в сумме 250 000 рублей (пункт 3 договора).

Порядок оплаты предусмотрен пунктом 3.1. договора.

По окончании дела, а именно: вынесения решения (определения, постановления) судом или иным органом, заключения мирового соглашения или достижения положительного результата путём переговоров, - принципал перечисляет на расчётный счёт поверенного или оплачивает наличными 10% (десять процентов) от цены присуждённого судом имущества (движимого и недвижимого), в том числе денежных средств, в течение 10 дней, с момента вынесения решения (определения, постановления) судом или иным органом, заключения мирового соглашения (подпункт 3.1.2. договора).

Факт исполнения поверенным обязанностей по настоящему договору может быть подтверждён документом органа (организации), где представлялись интересы принципала, в соответствии с пунктом 2 договора (решение, определение, постановление и/или иной документ) (пункт 10 договора).

Решением Геленджикского городского суда Краснодарского края от 6 апреля 2022 года с учётом апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 27 июля 2022 года исковые требования В. были удовлетворены частично, стоимость присуждённого В. имущества с учётом взысканной с него в пользу X. денежной компенсации 12 758 900 рублей составила 47 299 641 рубль.

Определением Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 12 января 2023 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 27 июля 2022 года было отменено в части взыскания с В. в пользу X. в счёт превышения доли в общем имуществе супругов денежной компенсации в размере 12 758 900 рублей.

В указанной части дело было направлено на новое рассмотрение в Краснодарский краевой суд.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 22 марта 2023 года с В. в пользу X. в счёт превышения доли в общем имуществе супругов взыскана денежная компенсация в размере 6 379 450 рублей.

Факт оказания истцом услуг по договору от 6 апреля 2021 года подтверждается решением Геленджикского городского суда Краснодарского края от 6 апреля 2022 года, в котором отражено участие представителя истца В.-М.

Учитывая изложенные обстоятельства, а также пункт 3.1.2 названного договора, суд первой инстанции пришёл к выводу, что в пользу ООО «Международное юридическое партнёрство «Фемида»» с В. подлежат взысканию: денежная сумма в качестве премии в размере 4 729 964 рубля; проценты за пользование чужими денежными средствами за период со 2 октября 2022 года по 25 декабря 2024 года (день принятия судом решения) в размере 1 370 308 рублей 70 копеек.

Судебная коллегия с таким выводом суда не согласилась ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23 января 2007 года № 1-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 779 и пункта 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами ООО «Агентство корпоративной безопасности» и гражданина В.В. Макеева» указал, что реализация гражданских прав и обязанностей по поводу оказания правовых услуг не может предопределять конкретные решения и действия органов государственной власти и должностных лиц. В силу конституционных принципов и норм, в частности принципов свободы договора, доступности правосудия, независимости и самостоятельности судебной власти, состязательности и равноправия сторон, предполагается, что стороны в договоре об оказании правовых услуг, будучи вправе в силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования свободно определять наиболее оптимальные условия оплаты оказанных услуг, в том числе самостоятельно устанавливать порядок и сроки внесения платежей (уплата аванса, предварительные платежи, рассрочка платежа, предоставление кредита, почасовая оплата, исчисление размера вознаграждения в процентах от цены иска и т.д.), не могут, однако, обусловливать выплату вознаграждения принятием конкретного судебного решения: в системе действующего правового регулирования, в том числе положений гражданского законодательства, судебное решение не может выступать ни объектом чьих-либо гражданских прав (статья 128 Гражданского кодекса Российской Федерации), ни предметом какого-либо гражданско-правового договора (статья 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Включение же в текст договора о возмездном оказании правовых услуг условия о выплате вознаграждения в зависимости от самого факта принятия положительного для ответчика решения суда расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающими свободу сторон в определении любых условий договора, если они не противоречат законодательству (пункт 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку в данном случае это означает введение иного, не предусмотренного законом, предмета договора. Кроме того, в этом случае не учитывается, что по смыслу пункта 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации плата по договору за оказание правовых услуг, как и по всякому возмездному договору, производится за исполнение своих обязанностей.

В соответствии со статьёй 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (пункт 1).

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (пункт 2).

Пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закреплёнными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учётом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учётом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учётом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзацах втором и третьем пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1999 года № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг», не подлежит удовлетворению требование исполнителя о выплате вознаграждения по договору об оказании правовых услуг, если данное требование истец обосновывает условием договора, ставящим размер оплаты услуг в зависимость от решения суда или государственного органа, которое будет принято в будущем.

В этом случае размер вознаграждения должен определяться в порядке, предусмотренном статьёй 424 Гражданского кодекса РФ, с учётом фактически совершенных исполнителем действий (деятельности).

Как установлено выше, исполнение юридических услуг подтверждается решением Геленджикского городского суда Краснодарского края от 6 апреля 2022 года, в котором отражено участие представителя истца В. - М. При этом, стоимость услуг по договору согласована сторонами в сумме 250 000 рублей (пункт 3 договора). Спора между сторонами относительно оплаты за оказанную правовую помощь не имеется.

Предметом исковых требований является не вознаграждение представителей за оказанные юридические услуги, а «гонорар успеха», указанный в пункте 3.1.2, согласно которому после вынесения решения (определения, постановления) судом или иным органом, заключения мирового соглашения или достижения положительного результата путём переговоров, принципал перечисляет на расчётный счёт поверенного или оплачивает наличными 10% (десять процентов) от цены присуждённого судом имущества (движимого и недвижимого), в том числе денежных средств, в течение 10 дней, с момента вынесения решения (определения, постановления) судом или иным органом, заключения мирового соглашения.

Буквальное толкование этого условия о выплате 10% от цены присуждённого судом имущества (движимого и недвижимого) указывает на определение данной суммы судом только при положительном решении об удовлетворении исковых требований.

К тому же этот пункт договора не только не содержат каких-либо указаний на расчёт размера выплаты исходя из цены иска либо иных обстоятельств, исходя из которых плата по договорам могла бы быть определена на момент их заключения, но и, напротив, сформулирован так, что размер платы по условию договора зависит исключительно от суммы, указанной в будущем судебном акте.

Из указанного следует, что при заключении договора, стороны, установив дополнительное условие о стоимости услуг («гонорар успеха») от суммы удовлетворённых требований, поставили исполнение обязательств по договору в зависимость от результата рассмотрения дела и принятия судом решения, которое будет принято в будущем, а не от фактически совершённых исполнителем действий, что противоречит положениям статей 779, 782 Гражданского кодекса РФ.

Принимая во внимание указанные положения закона, судебная коллегия пришла к выводу о том, что включение в текст договора условий о выплате вознаграждения исполнителю в зависимости от положительного результата расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающими свободу сторон в определении любых условий договора, поскольку в данном случае это означает введение иного, не предусмотренного законом, предмета договора.

Соглашение об оказании юридических услуг, предусматривающее возможность выплаты дополнительного вознаграждения за достигнутый положительный результат, противоречит правовым подходам, сформулированным в вышеуказанном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации.

Сумма «гонорара успеха», как непосредственно не связанная с оказанием правовых услуг и представительством в суде, не может быть взыскана с ответчика, в случае отказа последнего от исполнения договора, в силу ничтожности данного условия договора.

При таком положении решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 декабря 2024 года отменено, в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Международное юридическое партнёрство «Фемида» к В. о взыскании задолженности по договору на оказание юридических услуг, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами - отказано.

Апелляционное определение № 33-590/2025

Решение является законным, в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.

Управление коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа обратилось в суд с иском к П., С. в котором просило суд признать договор найма жилой площади в общежитии прекратившим своё действие, ответчиков утратившими право пользования жилым помещением.

Рассмотрев дело, суд постановил решение, которым удовлетворил исковые требования частично.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, жилое помещение, расположенное по адресу: г. Петропавловск- Камчатский, пр. Победы, - принадлежит на праве муниципальной собственности Петропавловск-Камчатскому городскому округу.

28 декабря 2004 года между управляющей организацией УМП «Горизонт» и П. заключён договор найма жилой площади в общежитии, согласно которому на основании ходатайства, поступившего из ФГУ «Севвострыбвод», П. и членам его семьи (супруга (бывшая) А.) вышеуказанное жилое помещение предоставлено во временное пользование на период работы.

В соответствии с пунктом 4.2 договора найма по окончании срока договора наниматель и члены его семьи подлежат выселению без предоставления другого жилого помещения.

Согласно пункту 4.3 договора найма настоящий договор подлежит расторжению по требованию наймодателя, а наниматель и члены его семьи подлежат выселению без предоставления другого жилого помещения в случаях: прекращения работы в должности (организации), в связи с которой нанимателю было предоставлено жилое помещение в общежитии; при использовании жилого помещения в нарушение пункта 1.1 настоящего договора; если наниматель и его члены семьи умышленно портят или по неосторожности разрушают жилое помещение, а также систематически нарушают правила пользования общежитием, содержания жилого дома и придомовой территории; если наниматель не внёс оплату, указанную в пункте 3 настоящего договора, в течение шести месяцев.

19 апреля 2005 года между управляющей организацией УМП «Горизонт» и П. заключён договор найма жилой площади в общежитии, по условиям которого жилое помещение, расположенное по адресу:                                                                                                     г.

Петропавловск-Камчатский, пр. Победы, предоставлено П. и членам его семьи (супруга (бывшая) А.) на основании того же ходатайства ФГУ «Севвострыбвод» для временного в нём проживания бессрочно.

Пункт 4.3 договора найма также как и в предыдущем договоре предусматривает, что настоящий договор подлежит расторжению по требованию наймодателя, а наниматель и члены его семьи подлежат выселению без предоставления другого жилого помещения, в том числе в случае прекращения работы в должности (организации), в связи с которой нанимателю было предоставлено жилое помещение в общежитии, а также в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор считается расторгнутым со дня выезда.

Из поквартирной карточки следует, что в жилом помещении, расположенном по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, пр. Победы, - с 24 августа 1994 года зарегистрирована С., а с 17 августа 2005 года - наниматель П.

По сведениям отдела адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Камчатскому краю, у ответчика П. имеется регистрация по месту пребывания на период с 25 декабря 2020 года по 24 декабря 2025 года в Москве.

Указывая на то, что П. прекратил трудовую деятельность в ФГУ «Севвострыбвод», на территории Камчатского края не проживает, поскольку выехал на постоянное жительство в г. Москву, истец просил иск удовлетворить.

Ответчик П., ссылаясь на заключённый 19 апреля 2005 года между ним и представителем наймодателя в лице УМП «Горизонт» договор найма жилой площади в общежитии, считает, что он имеет право бессрочного пользования спорным жилым помещением на условиях социального найма. При этом настаивал на том, что его проживание в г. Москве носит временный характер и связан с тем, что в г. Москве проживают члены его семьи (супруга и дочь), которых он (П.) обязан поддерживать, находясь рядом.

Разрешая спор в отношении ответчика С., суд первой инстанции, руководствуясь статьями. 83, 71 Жилищного кодекса РФ, разъяснениями пункта 32 постановления Пленум Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», исходил из того, что поскольку ответчик С. длительное время (более 20 лет) в спорном жилом помещении не проживает, жилищно-коммунальные услуги не оплачивает, её выезд из спорного жилого помещения носит постоянный характер, следовательно, ответчик С. в одностороннем порядке отказалась от прав и обязанностей по договору найма специализированного жилого помещения, что свидетельствует о расторжении ею в отношении себя указанного договора, а, следовательно, утрате права на спорное жилое помещение.

С данными выводами суда судебная коллегия согласилась, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств, получивших надлежащую правовую оценку по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Также суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований в части прекращения договора найма жилой площади в общежитии от 28 декабря 2004 года, заключённого между управляющей организацией УМП «Горизонт» и П., поскольку установил, что П. прекратил трудовую деятельность в ФГУ «Севвострыбвод». Кроме того, суд установил, что между сторонами был заключён новый договор найма жилой площади в общежитии от 19 апреля 2005 года.

Именно наличие договора найма жилой площади в общежитии от 19 апреля 2005 года, с указанием на бессрочность его действия, послужило основанием к отказу в удовлетворении требований истца в части признании ответчика П. утратившим право пользования спорным жилым помещением.

Судебная коллегия нашла указанные выводы суда первой инстанции ошибочными, основанными на неправильном применении норм материального права и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, что в силу пунктов 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ является основанием к отмене решения суда.

Так, в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 92 Жилищного кодекса Российской Федерации к жилыми помещениям специализированного жилищного фонда наряду с иными относятся жилые помещения в общежитиях.

В силу части 1 статьи 94 Жилищного кодекса РФ жилые помещения в общежитиях предназначены для временного проживания граждан в период их работы, службы и обучения.

Статьёй 99 Жилищного кодекса РФ определено, что специализированные жилые помещения предоставляются на основании решений собственников таких помещений или уполномоченных ими лиц по договорам найма специализированных жилых помещений, за исключением жилых помещений для социальной защиты отдельных категорий граждан, которым предоставляются по договорам безвозмездного пользования.

По договору найма специализированного жилого помещения собственник данного помещения обязуется передать гражданину данное жилое помещение за плату во владение и пользование для временного проживания в нем (статья 100 Жилищного кодекса РФ).

На основании части 2 статьи 105 Жилищного кодекса РФ договор найма жилого помещения в общежитии заключается на период трудовых отношений, прохождения службы или обучения.

Таким образом, по общему правилу, предусмотренному положениями статей 94, 99, части 1 статьи 103, части 2 статьи 105 Жилищного кодекса РФ специализированные жилые помещения, к которым относятся общежития, предоставляются гражданам, не обеспеченным жилыми помещениями в соответствующем населённом пункте на период работы или учёбы, после прекращения которых договор найма жилого помещения в общежитии расторгается, а такой работник обязан освободить предоставленное помещение, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 102 настоящего Кодекса и частью 2 статьи 103 Жилищного кодекса РФ.

В соответствии с пунктом 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного Кодекса РФ» в соответствии с частью 1 статьи 103 Жилищного кодекса РФ в случаях расторжения или прекращения договора найма специализированных жилых помещений граждане должны освободить жилые помещения, которые они занимали по данным договорам. В случае отказа освободить такие жилые помещения указанные граждане подлежат выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 102 и частью 2 статьи 103 Жилищного кодекса РФ.

Аналогичные основания выселения нанимателя из служебного жилого помещения со всеми проживающими с ними лицами без предоставления другого жилого помещения при прекращении трудовых отношений были предусмотрены статьёй 107 Жилищного кодекса РСФСР.

Прекращение трудовых отношений, а также увольнение со службы является основанием прекращения договора найма служебного жилого помещения (части 1, 3 статьи 104 Жилищного кодекса РФ).

Положениями частей 2 и 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, которые подлежат применению и к отношениям по пользованию специализированным жилым помещением, установлено право нанимателя и членов его семьи на одностороннее расторжение договора социального найма, то есть на односторонний отказ от исполнения договора.

В случае выезда кого-либо из участников договора социального найма жилого помещения в другое место жительства и тем самым отказа в одностороннем порядке от исполнения названного договора этот договор в отношении его считается расторгнутым со дня выезда.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса

Российской Федерации» при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 Жилищного кодекса РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статья 83 Жилищного кодекса РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения с ними договора социального найма.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса РФ в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определёнными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

При принятии обжалуемого решения суд первой инстанции не установил приведённые выше юридически значимые обстоятельства и надлежащим образом не оценил имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, как на это указывает процессуальный закон, в результате чего пришёл к ошибочным выводам.

Как верно установил суд первой инстанции, спорное жилое помещение в общежитии предоставлено П. на период работы в ФГУ «Севвострыбвод» на основании ходатайства работодателя от 6 декабря 2004 года, а не в порядке улучшения жилищных условий как нуждающемуся в предоставлении жилого помещения лицу (достоверных, относимых и допустимых доказательств иного в материалы дела не представлено), следовательно, к спорным правоотношениям не могут применяться нормы жилищного законодательства, регулирующие предоставление гражданам жилого помещения по договору социального найма.

То обстоятельство, что в 2005 году был заключён новый договор найма спорного жилого помещения в общежитии, но уже на условиях бессрочного пользования, не влечёт возникновения у проживающих в нем лиц права пользования таковым на условиях социального найма, равно как и пожизненно.

Как указывалось судебной коллегией выше, изначально П. был вселён в спорное жилое помещение как в общежитие по ходатайству работодателя, с ним (П.) заключён договор найма специализированного жилищного фонда на время трудовых отношений, с момента вселения статус жилья не изменялся, как и не изменилось основание предоставления жилого помещения - то же самое ходатайство работодателя ФГУ «Севвострыбвод» от 6 декабря 2004 года.

Таким образом, исходя из буквального толкования условий договора найма жилой площади в общежитии от 19 апреля 2005 года, можно сделать однозначный вывод о том, что спорное жилое помещение предоставлено П. и членам его семьи во временное пользование, которое ограничено не конкретными временными рамками, а периодом нахождения ответчика в трудовых отношений с ФГУ «Севвострыбвод».

Согласно сведениям, представленным в суд апелляционной инстанции Отделением Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю по запросу суда апелляционной инстанции, а также сведениям, содержащимся в трудовой книжке ответчика, в трудовых отношениях с ФГБУ «Северо-Восточное бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» П. состоял в период с 1 января 2004 года по 31 декабря 2005 года.

Соответственно, после прекращения трудовых отношений в организации, по ходатайству которой спорное жилое помещение было предоставлено во временное пользование ответчика, договор найма жилой площади в общежитии от 19 апреля 2005 года в силу пункта 4.3 подлежит расторжению, а ответчик выселению.

При изложенных обстоятельствах, вопреки ошибочной позиции П., правоотношения между сторонами сложились по поводу найма специализированного жилищного фонда, и оснований для их трансформации в договор социального найма в рассматриваемом случае нет.

Наймодателем не принималось решения о предоставлении П. и членам его семьи спорного жилого помещения на условиях договора социального найма, на учёте нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями в г. Петропавловске-Камчатском ответчик не состоит и ранее не состоял, к категории лиц, указанных в статье 108 Жилищного кодекса РСФСР, которые не могут быть выселены из общежития без предоставления другого жилого помещения, не относится.

Кроме того, судебная коллегия считала доказанным факт добровольного и фактического выбытия ответчика из спорного жилого помещения на другое постоянное место жительства.

Так, юридически значимым по спорам о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него является установление того обстоятельства, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населённый пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьёй в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нём, приобрёл ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

Однако суд первой инстанции при принятии обжалуемого решения должным образом не проверил и не выяснил такие юридически значимые для дела обстоятельства как установление намерения П. отказаться от пользования спорным жилым помещением, причин и продолжительности его отсутствия в жилом помещении, вынужденного или добровольного, временного или постоянного характера выезда, наличия препятствий в пользовании спорным жилым помещением, исполнения обязанностей по договору найма.

Вопреки утверждениям ответчика, о постоянном характере его (П.) выезда свидетельствует переезд в другой населённый пункт, вступление в брак и проживание с новой семьёй в другом жилом помещении.

Как установлено судебной коллегией, с 2020 года П. совместно с членами своей семьи (супругой и дочерью В.) проживает в квартире супруги Д. в г. Москве, где имеет регистрацию до 24 декабря 2025 года, а также работает в организациях, зарегистрированных на территории Московской области.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела в отношении П., из которых следует, что ответчик на протяжении длительного периода времени проживает за пределами Камчатского края, сдаёт спорное жилое помещение по договору коммерческого найма посторонним лицам.

Именно факт получения П. пособия на несовершеннолетнего ребёнка в размере 100% величины прожиточного минимума, установленного для детей в Камчатском крае, при том, что и сам П. и его дочь постоянно проживают в г. Москве, явилось поводом для возбуждения в отношении него уголовного дела.

Как следует из содержания письма П. в адрес начальника Следственного управления УМВД России по г. Петропавловску- Камчатскому, Камчатский край он считает удалённым регионом, для прибытия в которой ему необходимо найти денежные средства, освободить время в производственном графике, изменить режим труда и отдыха, что не согласуется с его же пояснениями о временном нахождении в г. Москве.

То обстоятельство, что квартира в г. Москве принадлежит не самому П., а его супруге Д., не имеет правового значения для рассмотрения вопроса о доказанности добровольного и фактического выбытия нанимателя из спорного жилого помещения в другое постоянное место жительства, где он проживает с членами своей семьи.

В рамках расследования уголовного дела, сотрудниками полиции также установлено, что спорная квартира, расположенная по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, пр. Победы, сдаётся П. по договору коммерческого найма третьим лицам за плату, что лишь подтверждает отсутствие у него реальной нуждаемости в спорном жилье и его использовании не по прямому назначению (для проживания), а с целью извлечения дополнительного дохода.

При этом у П. образовалась большая задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг по спорному жилью, которую он погасил уже после принятия судом обжалуемого решения.

Исходя из вышеизложенного, основанием для удовлетворения исковых требований в части признания ответчика утратившим право пользования спорным жилым помещения является не только установленный судом апелляционной инстанции факт прекращения трудовых отношений с организацией, на период работы в которой ему было предоставлено указанное жилое помещение, но также и факт добровольного выбытия и ответчика из спорного жилого помещения в другое место жительства, отказа от прав и обязанностей в отношении указанного помещения, в связи с чем, условия договора о праве бессрочного пользования жилой площадью в общежитии правового значения для разрешения настоящего спора не имеют.

С учётом изложенного решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 10 декабря 2024 года в части отказа в удовлетворении требования Управления коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа о признании П. утратившим право пользования спорным жилым помещением отменено, иск Управления коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа удовлетворён.

Апелляционное определение № 33-510/2025

Неправильное применение норм материального права, в силу статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ послужило основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Истец М. предъявила в суд иск к ответчику Министерству социального благополучия и семейной политики Камчатского края с требованиями о возложении обязанности включить в Список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями.

Рассмотрев дело, суд постановил решение, которым исковые требования удовлетворены в полном объёме.

Удовлетворяя исковые требования М., суд первой инстанции исходил из того, что специализированным жилым помещением она в качестве несовершеннолетней из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в отношении которого действующим законодательством предусмотрена возможность последующего исключения из специализированного жилищного фонда с заключением договора социального найма в отношении данного жилого помещения, не обеспечивалась.

Кроме того, суд посчитал, что М. не обращалась для постановки на учёт в качестве нуждающейся в предоставлении жилого помещения до достижения ею возраста 23 лет в силу уважительных причин. При этом ответчиком не представлено доказательств, обосновывающих законность предоставления несовершеннолетней М. комнаты в общежитии, из которой в последующем М. была переселена в другую комнату общежития.

Суд апелляционной инстанции с данным выводом суда первой инстанции не согласился.

Как следует из материалов настоящего дела и материалов гражданского дела № 2-3../2023, родителями истца М., 1987 года рождения, являлись А. и Т.

По сведениям КГБУ «Камчатский детский дом для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, с ограниченными возможностями здоровья» в детский дом М. поступила в сентябре 1990 года из Дома ребёнка г. Петропавловска-Камчатского, затем в 1995 году выбыла в школу-интернат г.Елизово. В периоды с сентября 1990 года по сентябрь 1995 года, а также с сентября 1997 года по май 2002 года М. находилась на полном государственном обеспечении, что следует из справки КГБУ «Камчатский детский дом для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, с ограниченными возможностями здоровья»

М. в марте 1997 года повторно поступила в детский дом из жилого помещения, расположенного по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, ул. Автомобилистов, - и была зачислена в 3 класс, выбыла из детского дома в мае 2002 года с отметкой «в семью» (фамилия и данные семьи не указаны).

В «Алфавитной книги записи учащихся», начатой 1 сентября 1981 года, имеется отметка о том, что личное дело выдано на руки. Документы и архивные данные о помещении М. в детский дом и выбытии из детского дома отсутствуют.

На основании решения Петропавловск-Камчатского городского народного суда Камчатской области по гражданскому делу № 2-../1992 мать истца - Т., в отношении неё лишена родительских прав.

Кроме того, решением Петропавловск-Камчатского городского народного суда Камчатской области по гражданскому делу № 2../1993 с А. и Т. взысканы алименты в пользу школы-интернат № 3 г. Петропавловска-Камчатского на содержание К., 1984 года рождения, и М. 1987 года рождения, в размере 1/3 части заработка.

Согласно сведениям ФКУ «ГИАЦ МВД России», УМВД России по Камчатскому краю, в отношении отца М. - А. в сентябре 1986 года приёмником-распределителем УВД Камчатской области прекращено уголовное дело по статье 197 Уголовного кодекса РСФСР на основании статьи 6 Уголовного процессуального кодекса РСФСР; 29 июня 1990 года он осуждён Усть-Большерецким районным судом Камчатской области по части 2 статьи 163 Уголовного кодекса РСФСР к 2 годам лишения свободы условно с привлечением к труду. По определению Петропавловск-Камчатского народного суда Камчатской области от 21 декабря 1990 года направлен в места лишения свободы сроком на 1 год 5 месяцев. Освобождён 11 мая 1992 года по отбытии наказания. 10 марта 1994 года УВД г. Петропавловска- Камчатского Камчатской области прекращено уголовное дело по статье 122 Уголовного кодекса РСФСР на основании статьи 6 Уголовного процессуального кодекса РСФСР, 3 апреля 1995 года осуждён Петропавловск-Камчатским народным судом Камчатской области по части 2 статьи 144 Уголовного кодекса РСФСР к 3 годам лишения свободы условно с отсрочкой исполнения наказания на 2 года.

Из обращения начальника Управления образования г. Петропавловска- Камчатского Ф. от 29 апреля 2004 года, направленного и.о. градоначальника  г. Петропавловска-Камчатского Ш., видно, что Управление просило выделить комнату в общежитии бывшей воспитаннице Детского дома № 3 М., которая с 1990 года находилась в коррекционном воспитательно-образовательном учреждении, так как её мать лишена родительских прав, а отец с семьёй не проживал и не занимался воспитанием дочери. В мае 2002 года М. по заявлению матери была возвращена в семью, но долго там жить не смогла, ушла от родственников и начала скитаться по городу. Летом 2003 года у неё родилась дочь.

М. было предоставлено жилое помещение по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, ул. Войцешека, - на основании договора найма жилой площади в общежитии от 21 июля 2004 года, по условиям которого право пользования жилым помещением предоставлено также её дочери В. и сыну Д. Жилое помещение предоставлено на основании ходатайства о заселении от 16 июня 2004 от организации.

В адрес главы Петропавловск-Камчатского городского округа 9 июня 2008 года от МУП «Горизонт» поступило обращение, согласно которому директор данного предприятия просил переселить М. с сожителем Е. из общежития по ул. Войцешека в общежитие по ул. Молчанова, в связи с асоциальным образом жизни, жалобами жильцов, задолженностью в размере 30 569 рублей 59 копеек.

Как следует из договора от 10 августа 2009 года и поквартирной карточки, М. переселена вместе с дочерью В. из жилого помещения, расположенного по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, ул. Войцешека, - где была зарегистрирована с августа 2004 года по сентябрь 2009 года.

В жилом помещении, расположенном в г. Петропавловске-Камчатском по ул. Молчанова, М. зарегистрирована с сентября 2009 года по настоящее время. Данное помещение предоставлено ей бессрочно по договору найма жилого помещения в общежитии от 10 августа 2009 года, заключённому между истцом и МУП Петропавловска-Камчатского округа «Горизонт».

28 сентября 2021 года М. обратилась в Министерство социального благополучия и семейной политики Камчатского края с заявлением о включении в Список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет.

В свою очередь, письмом от 18 ноября 2021 года Министерство отказало истцу во включении её в Список, ввиду неустановленного факта отсутствия на М. родительского попечения в судебном порядке.

Вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 мая 2023 года по гражданскому делу № 2-../2023 отказано в удовлетворении исковых требований М. к Министерству социального благополучия и семейной политики Камчатского края о признании права на включение в Список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые ранее относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей и достигли возраста 23 лет, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями. Основанием для принятия указанного решения послужило отсутствие факта утраты попечения родителей, имеющего юридическое значение для определения лицу в возрасте до 18 лет статуса ребёнка, оставшегося без попечения родителей для предоставления ему прав, связанных с реализацией гарантий по социальной поддержке.

Вступившим в законную силу решением суда Петропавловск- Камчатского городского суда Камчатского края от 22 января 2024 года по гражданскому делу № 2-../2024 установлен факт отсутствия родительского попечения над истцом М. в несовершеннолетнем возрасте до её совершеннолетия.

18 августа 2024 года Министерство социального благополучия и семейной политики Камчатского края вновь отказало в удовлетворении заявления М. от 23 мая 2024 года о включении в Список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые ранее относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей и достигли возраста 23 лет, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями, ссылаясь на то, что соответствующая комиссия Министерства не имеет правовых оснований для принятия решения о включении М. в Список.

Отказ ответчика в удовлетворении заявления о включении в Список детей-сирот послужил основанием для обращения М. с настоящим иском в суд.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Принимая новое решение по делу, судебная коллегия пришла к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований и исходила из того, что истцом не доказаны обстоятельства, препятствующие своевременному обращению в компетентный орган по вопросу постановки на учёт в качестве лица, имеющего предусмотренное законом право на обеспечение жилым помещением до достижения 23 лет.

В соответствии со статьёй 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ лицами из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей являются лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей.

В целях реализации своего права на обеспечение жилым помещением дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также лица из их числа должны до достижения ими возраста 23 лет встать на учёт нуждающихся в получении жилых помещений.

Таким гражданам, в соответствии с пунктами 1, 9 статьи 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, предоставляются жилые помещения по договорам найма специализированных жилых помещений. Жилые помещения предоставляются указанным лицам по достижении ими возраста 18 лет, а также в случае приобретения ими полной дееспособности до достижения совершеннолетия. Право на обеспечение жилыми помещениями сохраняется за лицами, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями.

Предусмотренная указанными выше положениями обязанность органов опеки и попечительства выявлять и вести учёт, принимать меры для постановки на учёт лиц, оставшихся без попечения родителей, обусловлена их несовершеннолетним возрастом, в то время как возраст с 18 до 23 лет предполагает самостоятельное совершение активных действий таким лицом по реализации имеющегося права.

Законодателем установлен возрастной предел (23 года), который учитывает объективные сложности в социальной адаптации лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и направлен на предоставление данной категории граждан дополнительной возможности в течение пяти лет после достижения совершеннолетия самостоятельно реализовать соответствующее право, если по каким-либо причинам с заявлением о постановке таких лиц на учёт нуждающихся в предоставлении жилья не обратились лица и органы, на которых возлагалась обязанность по защите их прав в период, когда они были несовершеннолетними.

Доводы стороны истца о том, что причиной отсутствия М. в Списке детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, имеющих право на обеспечение жилыми помещениями во внеочередном порядке, явилось ненадлежащее выполнение обязанностей по защите её прав как в период, когда она была несовершеннолетней, так и по достижении возраста 18 лет, органами опеки и попечительства администрации г. Петропавловска-Камчатского, не могут быть приняты судебной коллегий во внимание, поскольку законом предусмотрен заявительный характер реализации права на предоставление жилого помещения для данной категории граждан.

При этом в силу пункта 2 статьи 145 Семейного кодекса РФ опека и попечительство устанавливается над детьми в возрасте до 18 лет. Следовательно, по достижении совершеннолетнего возраста и до 23-х лет истец имела реальную возможность самостоятельно поставить вопрос о реализации своих жилищных прав.

Имея возможность заявить о своих нарушенных жилищных правах, с учётом дееспособности и состояния здоровья, истец данной возможностью своевременно не воспользовалась.

Из материалов дела следует, что впервые с заявлением о постановке на учёт в качестве нуждающегося в жилом помещении на основании Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ М. обратилась 28 сентября 2021 года в возрасте 34 лет.

В пункте 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обеспечением детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, жилыми помещениями, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 декабря 2020 года, указано, что при разрешении судами споров, связанных с возложением обязанности на уполномоченный орган включить в список лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, достигших возраста 23 лет, которые имели право на внеочередное обеспечение жилыми помещениями по договору социального найма, однако в установленном порядке не были поставлены на учёт в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий до достижения ими возраста 23 лет, необходимо установить причины, по которым указанные лица не были поставлены на такой учёт.

Доказательств наличия каких-либо уважительных причин, препятствовавших обращению в уполномоченный орган с соответствующим заявлением после достижения 23-летнего возраста, М. не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

По смыслу норм, регулирующих спорные правоотношения, лица указанной категории, в целях реализации своего права на обеспечение жилыми помещениями должны встать на учёт нуждающихся в получении жилых помещений до достижения 23 лет. После достижения возраста 23 лет данные граждане уже не относятся к числу лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ меры социальной поддержки, поскольку утрачивают одно из установленных законодателем условий получения такой поддержки.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательств того, что до достижения истцом возраста 23 лет М. предпринимала попытки встать на учёт в качестве нуждающейся в жилом помещении, но не была поставлена на такой учёт вследствие незаконного отказа органа местного самоуправления, либо вследствие ненадлежащего исполнения обязанностей по защите её прав, в тот период, когда она была несовершеннолетней, её опекуном, органами опеки и попечительства, образовательным учреждением.

Более того, вопреки утверждению истца о том, что её жилищные права были грубо нарушены, из материалов дела видно, что в результате обращения начальника Управления образования г. Петропавловска- Камчатского Ф. 21 июля 2004 года М. предоставлено жилое помещение по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, ул. Войцешека. Также, 24 сентября 2009 года М. бессрочно по договору найма жилого помещения предоставлено жилое помещение по ул. Молчанова, которое закреплено за ней по настоящее время.

С учётом анализа приведённых выше норм права, а также разъяснений по их применению, принимая во внимание, что доказательств уважительности причин, препятствующих обращению в уполномоченный орган с соответствующим заявлением после достижения 23-летнего возраста, истцом не представлено, а также в отсутствие сведений о том, что после достижения 18 лет истец обращалась к ответчику и в орган опеки и попечительства за разъяснениями по вопросу предоставления жилого помещения, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Таким образом, решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 декабря 2024 года отменено, в удовлетворении исковых требований М. к Министерству социального благополучия и семейной политики Камчатского края о возложении обязанности включить в Список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, отказано.

Апелляционное определение № 33-452/2025

Для установления права на получение родителями умерших (погибших) военнослужащих пенсии по случаю потери кормильца по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 30 Закона № 4468-1, требуется установление совокупности обстоятельств, в число которых входит обязательное условие об установлении причины смерти военнослужащего вследствие военной травмы.

 

Я. обратилась в Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края с иском к ФКУ «Военный комиссариат Камчатского края» о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца, оформленного письмом военного комиссара Камчатского края полковника Д. от 31 октября 2022 года, признании права на единовременное получение двух пенсий: пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной статьёй 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», и страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца с 3 октября 2024 года.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 11 февраля 2025 года исковые требования Я. удовлетворены.

Рассмотрев дело по апелляционной жалобе ответчика, судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда пришла к следующим выводам.

В силу подпунктов 1, 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение или неправильное применение судом норм материального или процессуального права являются основаниями для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец является матерью А. и получателем пенсии по старости с 24 августа 2013 года. А. проходил военную службу в рядах Вооружённых Сил Российской Федерации, в том числе по контракту в должности техника ....Тихоокеанского флота Восточного военного округа в звании мичмана, умер 25 октября 2022 года.

Согласно выводам военно-врачебной комиссии в заключении от 13 декабря 2023 года заболеванием, приведшим к смерти А., послужило кровоизлияние внутримозговое, внутрижелудочковое - «заболевание получено в период военной службы».

Согласно заключению от 26 октября 2022 года по материалам административного расследования 25 октября 2022 года мичман А. получал продовольственный паёк на складах ООО «Альтернатива» по ул. Вулканная в г. Петропавловске-Камчатском, после чего прибыл к месту проживания по ул. Мишенная. Там, находясь возле своей машины почувствовал себя плохо и потерял сознание. Проведённые прибывшей бригадой скорой медицинской помощи реанимационные мероприятия результата не принесли, врачами около 13:30 была констатирована биологическая смерть военнослужащего. После этого врачами скорой медицинской помощи тело мичмана А.

доставлено в Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы, где по результатам вскрытия установлена причина смерти: «кровоизлияние внутримозговое внутрижелудочковое». По результатам административного расследования, установлено, что смерть мичмана А. наступила при исполнении им обязанностей военной службы в результате внутримозгового кровоизлияния. Признаков насильственной смерти нет. Алкогольное и наркотическое опьянения не установлены.

Вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда от 25 июня 2024 года признаны незаконными решения ОСФР по Камчатскому краю от 3 ноября 2023 года и 5 марта 2024 года об отказе в назначении предусмотренной частью 9 статьи 3 Федерального закона № 306-ФЗ от 07.11.2011 «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» ежемесячной денежной компенсации в связи со смертью военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, за Я. признано право на данную компенсацию, возложена обязанность назначить ей такую выплату с 24 октября 2023 года.

3 октября 2024 года истец обратилась к ответчику с заявлением о назначении ей пенсии по потере кормильца, в соответствии со статьёй 30 Закона Российской Федерации от 12.02.1993 № 4468-1 за умершего сына мичмана А., в удовлетворении заявления ФКУ «Военный комиссариат Камчатского края» ей отказал, поскольку истец является получателем страховой пенсии по старости, и права на получение одновременно двух пенсий не имеет.

Признавая такой отказ незаконным, суд первой инстанции исходил из того, что вступившим в законную силу решением суда от 25 июня 2024 года была установлена причина смерти военнослужащего А. (вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы), и пришёл к выводу о том, что имеются все основания для признания за истцом права на единовременное получение страховой пенсии по старости и на пенсию по случаю потери кормильца на льготных условиях, которое является одной из гарантий повышенной социальной защиты семей военнослужащих.

Вместе с тем, в соответствии с частью 3 статьи 7 Закон РФ от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно­-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей» родители лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, умерших (погибших) вследствие причин, перечисленных в пункте «а» статьи 21 настоящего Закона (за исключением случаев, когда смерть указанных лиц наступила в результате их противоправных действий), имеют право на одновременное получение двух пенсий. Им могут устанавливаться пенсия по случаю потери кормильца, предусмотренная статьёй 30 настоящего Закона, и любая другая пенсия, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации (за исключением пенсии по случаю потери кормильца или социальной пенсии по случаю потери кормильца). Согласно части 2 статьи 30 указанного Закона родители лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, умерших (погибших) вследствие причин, перечисленных в пункте «а» статьи 21 настоящего Закона (за исключением случаев, когда смерть указанных лиц наступила в результате их противоправных действий), имеют право на пенсию по случаю потери кормильца по достижении ими возраста 55 и 50 лет (соответственно мужчины и женщины) независимо от того, находились ли они на иждивении умерших (погибших). При этом пенсия устанавливается каждому из родителей в размере, предусмотренном настоящим Законом. Пунктом «а» статьи 21 указанного Закона инвалиды вследствие военной травмы - лица, ставшие инвалидами вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных при защите Родины, в том числе полученных в связи с пребыванием на фронте, прохождением службы за границей в государствах, где велись боевые действия, или при исполнении иных обязанностей военной службы (служебных обязанностей). К инвалидам вследствие военной травмы относятся также бывшие военнослужащие, ставшие инвалидами вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных во время их пребывания в плену (при соблюдении условия, предусмотренного частью первой статьи 18 настоящего Закона) либо во время пребывания в действующей армии в качестве воспитанников и юнг.

Таким образом, для установления права на получение родителями умерших (погибших) военнослужащих пенсии по случаю потери кормильца по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 30 Закона № 4468-1, требуется установление совокупности обстоятельств, в число которых входит обязательное условие об установлении причины смерти военнослужащего вследствие военной травмы.

В соответствии с пунктом 94 Положения о военно-врачебной экспертизе, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 года, военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечья с формулировкой «военная травма», если увечье получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей). Возникновение же у освидетельствуемого в период прохождения военной службы заболевания, увечья в результате несчастного случая является основанием для заключения о причинной связи с формулировкой «заболевание получено в период военной службы». Военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечья, заболевания освидетельствуемого на основании справки о травме, выданной командиром воинской части (руководителем органа, подразделения, организации или учреждения), в которой гражданин проходил военную службу (приравненную службу), службу в органах и организациях прокуратуры, военные сборы в момент получения увечья, заболевания (пункт 96 Положения о военно-врачебной экспертизе).

Согласно заключению военно-врачебной комиссии 13 декабря 2023 года заболеванием, приведшим к смерти мичмана А., послужило кровоизлияние внутримозговое, внутрижелудочковое, «заболевание получено в период военной службы», тогда как доказательств, что смерть А. наступила при исполнении обязанностей военной службы вследствие военной травмы не представлено. Данное заключение в установленном порядке не оспаривалось и отменено не было. А поскольку установление причинно-следственной связи полученного увечья либо заболевания военнослужащим с формулировкой «военная травма», то есть при исполнении обязанностей военной службы, возложено нормативными предписаниями исключительно на военно-врачебные комиссии, то выводы суда первой инстанции (сделанные вопреки заключению военно-врачебной комиссии) являются неправомерными, нарушающими нормы материального права, регулирующие возникшие спорные отношения.

При этом вступившее в законную силу решение Петропавловск- Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2025 года для рассматриваемого спора преюдициального значения не имеет, так как предметом ранее рассматриваемого спора являлись иные правоотношения, основанные на применении Федерального закона от 07.11.2012 года № 306- ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

Поскольку заключение военно-врачебной комиссии от 13 декабря 2023 года истцом не оспаривалось, такие требования в настоящем деле не заявлены, правовых оснований для удовлетворения требований истца не имеется.

На основании изложенного судебная коллегия решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 11 февраля 2025 года отменила, в удовлетворении исковых требований Я. отказала.

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда

         Отдел кодификации и обобщения судебной практики