По решению суда энергетическая компания компенсируют моральный вред специалисту, получившему ожоги на рабочем месте

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда рассмотрела апелляционные жалобы, поданные на решение Петропавловск-Камчатского городского суда, и оставила их без удовлетворения.

Как следует из материалов гражданского дела, работник одной из энергетических компаний получила ожоги весной 2024 года – во время штормового порыва ветра в её служебном кабинете резко распахнулась створка окна. В результате происшествия с подоконника упал чайник с кипятком. Горячая вода попала на сидящую за рабочим столом женщину. На машине скорой помощи её доставили в медицинское учреждение, где женщине был поставлен диагноз: термические ожоги кипятком 1-2-3а степени 18 % площади тела, степень тяжести травмы был определена как лёгкая.

По мнению работодателя, причиной несчастного случая стала личная неосторожность работника. Пострадавшая, не согласившись с такой версией, обратилась в Государственную инспекцию труда в Камчатском крае. На основании предписания инспектора энергетической компанией был составлен новый акт, согласно которому основной причиной несчастного случая явилось воздействие неблагоприятных метеорологических условий, выразившихся в порывах ураганного ветра, приведших к распахиванию окна и опрокидыванию электрического чайника. Личная неосторожность работника, как причина несчастного случая, была исключена.

Через некоторое время пострадавшая обратилась в суд с иском к работодателю о компенсации морального вреда в связи с необеспечением ответчиком безопасных условий труда. Рассматривавший гражданское дело Петропавловск-Камчатский городской суд иск удовлетворил частично и взыскал с ответчика в пользу пострадавшего работника 300 тысяч рублей.   

Апелляционные жалобы на решение суда первой инстанции подали обе стороны. Потерпевшая просила увеличить размер компенсации морального вреда до 3 миллионов рублей, настаивая, что несчастный случай на производстве произошел по вине работодателя. Поясняла, что была вынуждена обращаться за психологической помощью после получения производственной травмы, так как самостоятельно справиться с эмоциональным стрессом и пережитыми физическими страданиями не могла. Объясняла, что её ждёт долгий восстановительный период –  срок восстановления кожи после ожогов длительный, не менее 5 лет.

Ответчик, напротив, считал, что размер взысканной компенсации завышен и подлежит снижению до 100 тысяч рублей, объяснял, что его работник пренебрегла личной безопасностью, отмечал, что истцу в результате происшествия причинён лёгкий вред здоровью, настаивал, что уже оказал работнику материальную помощь.

Заместитель прокурора города Петропавловска-Камчатского просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда, проверив материалы дела, изучив доводы поступивших жалоб, в их удовлетворении отказала. В суде отметили, что взысканный размер компенсации морального вреда является разумным. Определяя размер компенсации, суд принял во внимание требования разумности и справедливости, обстоятельства, при которых получена производственная травма, бездействие работодателя при обеспечении работнику безопасных условий труда, характер, вид, длительность лечения полученной травмы и её последствий, возраст истца, необходимость соблюдать определенные ограничения образа жизни, поведение работодателя после произошедшего несчастного случая на производстве (компания выплатила женщине материальную помощь, обеспечила выплату страховых выплат от несчастных случаев на производстве и по договору добровольного медицинского страхования, предоставила автомобиль для поездок в медицинские учреждения) и иные обстоятельства и пришёл к выводу, что данным признакам будет соответствовать компенсация морального вреда в размере 300 тысяч рублей.

Решение Петропавловск-Камчатского городского суда оставлено без изменения.